— С возвращением, так сказать, на родную почву!
Алексей посмотрел на него как на призрак. От Еши пахло перегаром, и Алексей поморщился. Внезапно Еши наклонился и зашептал ему в самый нос:
— Что? Плохо тебе? Потерпи немного, теперь с каждым днем будет легче и легче… — Он задумчиво посмотрел куда-то в сторону. — И легче, и легче…. Нам тебя не хватало, конечно. Ты там чего-то загулял. — Усмехнувшись, Еши толкнул Алексея в бок.
Он широко зевнул, поднялся и вышел из домика, скрипнув дверью. Алексей некоторое время лежал, глядя в потолок и соображая, что же все-таки происходит. В какой момент он утратил связь с реальностью? Неужели, все, что происходило с ним в последние дни, было результатом сумасшедшего транса, в который он впал под воздействием шаманских препаратов и заклинаний? Это казалось совершенно немыслимым, однако факт оставался фактом: он видел над собой потолок шаманского домика, под ним скрипела шаманская кровать, а пару минут назад на него дышал густым перегаром Еши.
Размышляя об этом, он снова уснул, а когда проснулся, то смог уже самостоятельно сесть на кровати, свесив ноги и покачиваясь от легкого головокружения. Еши и Петр Сергеевич сидели за столом. Шаман играл на варгане, и его звуки пружинными волнами заполняли пространство дома. Из трубки, лежащей на столе, поднималась струйка дыма. Повинуясь звукам варгана, она ритмично извивалась, закручивалась в кольца и стелилась вдоль стола. Петр Сергеевич был похож на заклинателя змей. Время от времени, он брал трубку и раскуривал ее, глубоко затягиваясь и прикрывая глаза. Еши сидел по другую сторону стола, положив ногу на ногу, и нетрезво улыбался. Заметив пробуждение Алексея, он радостно замахал ему рукой и заорал:
— С возвращением, Гагарин! Штаны и все остальное вон там — на полу.
Алексей оглянулся, поднял штаны, футболку, оделся и осторожно встал на ноги. Пошатнувшись, он сразу же уселся обратно.
— Мы тебя раздели, чтобы водой окатывать, а то ты стал бледнеть как-то. Петр Сергеевич, а можно я налью пациенту водки для укрепления кокона?
Петр Сергеевич отрицательно покачала головой.
— Ну, извините, коллега, придется потерпеть, — сочувственно сообщил Еши Алексею, наливая в чашку. Он выпил, занюхал кедровой шишкой и принялся выковыривать из нее орехи, продолжая говорить с Алексеем:
— Ну вот, так о чем это я, коллега? Коротко и лаконично выражаясь, ты совершил невероятное путешествие, так сказать, кругосветное плавание по заводям и глубинам своей мутной сущности. Судя по твоему виду, все прошло не так празднично, как планировалось, да?
— Помолчи уже. — Петр Сергеевич недовольно посмотрел на Еши, поднялся и подошел к Алексею. — Как самочувствие? Можешь попробовать встать.
— Хочется пить. — Алексей кое-как встал, сделал пару шатких шагов и с облегчением уселся на свободный стул возле стола.
Еши взял черпак и подошел к бочке с водой.
— Слава Бурхану, что все так закончилось, и Александр опять с нами. Хотя Петр Сергеевич не переживал, это я разволновался чего-то.
Он протянул Алексею черпак с водой, а себе налил еще водки и выпил.
— Я — Алексей. Сколько все это продолжалось?
— Четыре дня, кажется… подзатянулось немного. Намучились мы, конечно, с тобой: утку меняли, настоями поили. Но ты не пил… да и в утку не ходил почти. Заснул твой организм вместе с мозгом. Петр Сергеевич — удивительный мастер.
— Ты хочешь сказать, что все, что я… что все, что со мной произошло… в городе… Айлин… все это…?
— Ну конечно! Все происходило у тебя в голове. — Еши расхохотался, — я когда-то тоже чуть с ума не сошел. У меня другой опыт правда был. Как-нибудь расскажу….
Алексей зажмурился и попытался осознать услышанное. В голове не укладывалось, что все произошедшее с ним за последние дни было лишь сном — бесконечным потоком убийственно реалистичных глюков. Он не мог поверить, что и Айлин, и афера с Иваном и все остальное… — только фантазии, созданные воображением. Алексей был потрясен. С одной стороны получалось, что Айлин не погибала, а с другой… существовала ли она в действительности? Откуда она взялась в его голове? Была ли она на самом деле, или он просто придумал ее от глубокого чувства одиночества?
Алексей вышел из домика и сел на крыльцо. Сквозь кроны деревьев проливался золотисто-лиловый закат, поблескивая на каплях, оставшихся кое-где на листьях после грозы. В воздухе парил мятный запах влажной коры и хвои. Алексей закрыл глаза. Что-то внутри него изменилось — это точно.