— Чего это она, а? Скажи мне! Скорее! Алексей!
Но Алексей не мог ничего ему сказать. Он уронил «косяк», поднял зачем-то ноги на скамейку и обхватил колени руками, спрятав лицо.
— А-а-а! — тихо произнес Фил и проделал то же самое.
И вдруг собака повела себя непредсказуемо: на полном ходу она перепрыгнула через скамейку в промежутке между Алексеем и Филом, задев обоих задними лапами и помчалась дальше. Спустя несколько секунд оба друга услышали, как она истошно лает где-то сзади, и обернулись. Собака бросалась на дерево, стоя на задних лапах. Было ясно, что там, в ветвях сидит кошка. Алексей спустил ноги на асфальт и выдохнул.
— Что это было? — выпучил обкуренные глаза Фил. — Я был уверен, что она несется на нас и через две секунды проглотит как цыплят.
Алексей нервно посмеялся, поднял с асфальта «косяк», взял зажигалку у Фила и подкурил. Мимо пропыхтела толстая хозяйка собаки, беспомощно причитая.
Некоторое время они молчали, вспоминая бешеную собаку. Внезапно Фил заговорил:
— И все же ты выглядишь совершенно измученным, друг мой. На тебя буквально жалко смотреть. У меня есть к тебе предложение немыслимой привлекательности. На днях в моем вонючем департаменте маркетинга небольшая корпоративная оргия. Я хочу пригласить тебя.
— Это нереально. Меня мутит от любого шума.
— Там почти не будет шума. Это будет чисто креативное мероприятие. Все будет происходить на природе — шашлычок, винцо, тетки, музыка старых добрых рокеров-пердунцов… Дело в том, что было решено приурочить эту миротворческую вакханалию к юбилею Вудстока. Все должны прийти на тусовку одетыми как хиппи или растаманы. Будет оргазмично.
— Уверен, что будет действительно оргазмично, только…
— Ты можешь одеться в свою обычную одежду. Я принесу тебе растаманский берет или розовый парик на выбор.
— Я предпочитаю лиловый ирокез. Послушай….
— Что ты перебиваешь меня все время? Не даешь и слова сказать! Короче, ты должен ехать, я зайду за тобой. Хватит умирать от тоски в своей коптильне. Познакомишься там с девчонками.
— Черт подери, Фил, на хрена мне тащиться на твою дурацкую вечеринку?
Фил посмотрел на него, прищурившись, и сказал:
— Чтобы не сойти с ума, шаман, мать твою.
7
Николай ехал по ночным московским улицам, периодически хмуро оглядываясь, чтобы убедиться, что Константин сидит за его спиной в обычной позе и не перестает бессмысленно улыбаться. Как же его бесила эта улыбка. Время от времени ему хотелось остановить машину, открыть дверь и расколотить эту ублюдочную рожу. Он едва сдерживал себя, скрипя зубами и стискивая руль.
Была около трех часов ночи и дороги были совершенно пустынны, однако Николай все равно старался ехать как можно аккуратнее, чтобы не привлекать внимание гаишников. Больше всего на свете он хотел завершить то, что он задумал накануне вечером.
На случай, если его остановят менты, Николай приготовил легенду о больном брате, которого надо срочно везти на дачу. Константин идеально подходил на роль больного. Тем не менее, лишние контакты Николаю сейчас были совершенно не нужны, поэтому он объезжал проспекты, выбирая небольшие слабо освещенные улицы и переулки.
Николай довольно быстро добрался до кольцевой дороги и выехал на шоссе. С каждым километром фонарей вдоль дороги становилось все меньше, а ухабы на дороге все глубже и шире. Приблизительно через час они свернули и выехали на грунтовую проселочную дорогу, проходящую через небольшую деревню. Когда она закончилась, все вокруг погрузилось в непроглядную темень. Только на фоне неба, слегка подсвеченного луной, едва заметно вырисовывалась черная кромка леса. Машина переваливалась на разбитой дороге, кренясь то на один бок, то на другой. Коляска шаталась и поскрипывала.
Наконец, в свете фар Николай увидел перед собой деревянный мост, перекинутый через небольшую речку. Он остановился, выключил фары, взял из бардачка фонарик и вышел из машины. Мост был шириной метра полтора, без поручней. Под ним текла тихая речка. Не было слышно ни одного звука, кроме журчания воды. Николай осторожно ступил на мост, сделал несколько шагов, попрыгал, чтобы проверить прочность и удовлетворенный вернулся к машине. Открыв дверь, он выкатил коляску с Константином. В небе послышались раскаты грома.