В одном Соколов был не властен: несмотря на растущие доходы, с 1964 по 1969 год население Холязина и соседних деревень, как, впрочем, и население всего района, неуклонно убывало. Чего только он, говорят, не пробовал! Улучшались условия труда, в каждой деревне строились добротные скотные дворы, а в ответ ушей председателя достигали ядовитые реплики вроде: «хоромы для коров строит». Молодежь не может без культуры? Поставили по деревням клубы, не хоромы, конечно, но вполне пригодные для танцев, репетиций, кино, а молодежь убывала. (В 68-м году — 47, в 69-м — 67, осталось 539.) Материальная заинтересованность? Он добился наивысшей оплаты рабочего дня в районе — 5 рублей 16 копеек в среднем на человека. Провожали парней в армию, дарили им от колхоза часы и электробритвы, к каждому празднику посылали денежные переводы и поздравления, а парни возвращались, и тесны им казались родительские стены, где половину избы занимает русская печь.
За пять лет ушло двести трудоспособных. И тогда Соколов уговорил членов правления на решительный шаг. Взяли у государства большую ссуду и в том же 1969 году заложили Городок, иным на удивление: деньги-то какие! Но Соколов знал, что делает. Просто он тогда раньше других понял, что коренное переустройство села, изменение самого его облика, сближение его уклада с городским бытом выдвигается как очень важная социально-экономическая задача, и учел возможности, предоставленные ему государством. Дневал и ночевал на стройке, и в Новом Холязине состоялись первые новоселья. Зато эффект превзошел ожидания: в следующем же году в колхоз прибыло 111 трудоспособных, а через год — 120!
Когда едешь из Горького на Мурашкино, когда до райцентра остается не более четырех километров, слева по ходу автобуса и покажется Городок. Лежит он в чистом поле, и из окошка читается, как образцовый макет: жилые коттеджи, школа, универмаг, Дворец культуры с застекленным по фасаду фойе, а у самой кромки поля — фигура Солдата у знамени, монумент землякам, не пришедшим с войны. Уходили не отсюда — вон там, на бугре, занавесилось от нас, проезжих, прядями осин Старое Холязино. А это и есть Новое Холязино, колхоз имени Ленина. На целых семь веков Городок моложе Большого Мурашкина и соседних деревень и глядит на них как бы уже из будущего.
Улицы Городка еще не имеют названий, зовут их по именам свезенных деревень. Здесь как-то неловко звучал бы досужий вопрос: не скучают ли жители Тынова, Салова, Ключищ, Дубровки, Калиновки по оставленным гнездам. Кому непременно нужен собственный дом — пожалуйста, традиционный, хотя и кирпичный, с двускатной крышей, со своим огородом; колхоз продает их значительно ниже себестоимости и в рассрочку на десять лет; предусмотрено в Городке несколько и таких улиц. На иной вкус есть экспериментальный порядок домов с двухэтажными квартирами. Большинству же вполне по душе три комнаты со всеми удобствами в четырехквартирном коттедже, с большим приусадебным участком на четыре семьи.
Строить в поле, на пустом месте — тоже идея Соколова. Процесс переселения из мелких деревень — а их в колхозе было тринадцать, — на центральную усадьбу уже шел стихийно, совпадая с интересами производства. Но достройки, пристройки были не в характере Соколова. Заново — так заново. И его опять остерегали: ходишь по лезвию бритвы, производственная база — наипервейшее дело, а холязинцы занялись газовыми плитами, ваннами, центральным отоплением, саженцами для улиц.
Проект Городка был рассчитан на пятнадцать лет, холязинцы построили за пять. В Городке, как в микрорайоне, общая котельная, газовое хозяйство; приходится содержать дополнительный штат — пятьдесят человек работников, включая персонал детского сада, Дворца культуры и т. д. Выгоды в денежном выражении здесь нет, зато сохраняется и множится самый бесценный капитал — рабочая сила. И потом не забывайте, что Городок — не только коммунальные удобства, но и комплексная механизация, даже автоматизация животноводства, и централизация служб управления, и укрупнение мастерских, а это уже прямая выгода, немыслимая при разбросанности деревень. Сейчас Холязино рядом с Городком построило себе первый в области такого масштаба животноводческий комплекс молочного направления на 2400 голов! Там моноблок с автоматикой, с телевизионной установкой…