Но и в том правы Николай Иванович и Василий Федотович, что «за мозолями» в Сибирь не обязательно ездить. Коля Муржак может подтвердить.
Подпись Муржака под письмом пятая. После десятилетки послали его фуражиром на свинарник. Механизация — ведра, вилы и лопаты. И еще двигатель в одну «конячую» силу. Съездишь два раза за соломой на коняге, а весь остальной день с пяти утра и до позднего вечера — на подхвате. О будущем Коля заботился сам. Выучился на шофера, а в колхозе оказалось шоферов больше, чем машин. Дальше свою судьбу решал уже не Коля Муржак. Решала ее экономика колхоза «Червоный хлебороб». Путей перед ним было много, а проторенный один — в леспромхоз. Если б даже к Коле пришли уговаривать его остаться все члены правления колхоза — что они могли предложить? Но они не пришли. У них свои дела, у него свое. И пристало ли руководителям колхоза ломать шапку перед парубком?
Простову бы, председателю малолюдного колхоза «Октябрь» из-под Сухиничей, этих парней! Рассказывал же как-то Петр Спиридонович Простов, что даже главного экономиста присмотрел себе еще в седьмом классе, из способной к математике девчонки год за годом растил себе специалиста. А где же ему, Простову, брать кадры для своей калужской глубинки? Детсад, школа — вот они, рядом, его трудовые резервы. Председатель и выкладывается, вторую пятилетку «ломает шапку» перед подростком, его родителями. Сегодняшний тридцатилетний средний возраст механизатора в колхозе для Простова дороже всех иных показателей. Ему бы таких лесорубов!
Но Винницкая область — Нечерноземью не чета, и Колю Муржака, как известно, никто в трудовые резервы колхоза не зачислял. Из Сибири он вернулся не почему-либо, а потому, что женился в соседнем селе Подлесном Ялтушкове. И теперь в сельсовет пришел с молодой женой. Оба своим видом показывают, что им не до посторонних. Молодая жена только один раз и подняла головку с плеча мужа, когда кто-то укорил, что вот, мол и Нина, окончив медучилище, работает в Виннице, а в своей Ялтушковской участковой больнице ни одной подменной сестрички. Тут Нина и глянула на нас во все глаза, и в глазах этих кипели слезы:
— Жила бы и я дома, а не в городе угол за двадцать пять рублей снимала! Да во всем нашем Ялтушкове, кроме меня, еще только одна девчина в хозмаге работает, а больше молодых нема…
Ниночка плачет, а бесстрастная районная статистика подтверждает: стареют села Винничины. По всей области молодежи до тридцати лет — раз два и обчелся. В «Червоном хлеборобе» в нынешнем году еще тридцать колхозников выйдут на пенсию. Кто их заменит? Уже сегодня половина тракторов не укомплектована сменщиками.
В двух селах — Гулях и Слободе Гуливской живут 1482 человека. Из них 463 — пенсионеры, 250 — школьники. Трудоспособной молодежи до тридцатилетнего возраста 129 человек. Восемнадцать гуливских ребят служат в армии. Вернутся ли? Уйдут ли вслед за Виктором Зайцем туда, где труд их в чести, где платят и рублем, и уважением? Там никто не будет разговаривать с ними в присутствии участкового. Директор леспромхоза шлет в Слободу Гуливскую личные письма с приглашениями. Личные! Каждому! И общежитие там с чистыми пастелями и цветными телевизорами. И улица вечерами звенит от молодых голосов, и в клубе не протолкаться.
Какой противовес в «Червоном хлеборобе»? Чем приветят их? Работой по плечу? Новой техникой? Так ведь зря что ли Николай Иванович поучает: «Новый трактор заслужить надо. Другие десять лет ждали». Девчатам не устают ставить в пример лучшую доярку Марию Дземчик. Работница она замечательная, надаивает до пяти тысяч литров в год. Но доит-то она — руками! Так, говорят, она привыкла. В районе тоже привыкли: доение механизировано на 44 процента, уборка навоза — на 77, раздача кормов — на 30 процентов. С такими, как Мария Дземчик, руководству проще. Они никуда не уедут.
А у молодежи претензии, им все мало. Так ведь и правда мало! Квартиры колхоз строит только для специалистов, от силы две в год. Детский сад? Всю зиму стоял на ремонте. Клуб? Он есть и в Слободе, а в Гулях, недалеко и пешком дойти, даже Дворец культуры с неплохой библиотекой, но и в нем на обоих этажах пустовато. Памятник погибшим односельчанам несколько лет как разрушился, и по сей день не нашли способа восстановить, только закрыли досками, чтобы не видно было с дороги…
«Червоный хлебороб» хозяйство не худшее в районе, по некоторым показателям — даже одно из лучших. Но урожаи зерновых в «Червоном хлеборобе» собирают по 18 центнеров, свеклы — по полтораста. Это в Винницкой-то области, свекольном Донбассе. Значит, тем более нужны парни? Не лишние рты? В сельском хозяйстве, как известно, все на удивленье взаимосвязано. Не сразу разберешь, где причина, где следствие. Дела в хозяйстве идут неважно, и молодежь, разочарованная, уходит. А это в свою очередь не может не сказаться на колхозных делах. Так что суть не в том только — куда едут, но и откуда.