Жаль, в Спировской школе осталось, говорят, всего три ученика, как решит судьбу ее роно, неизвестно. Но она уже сделала свое немалое дело, заслав в двадцать первый век несколько десятков Рассказовых и их соучеников!
Таковы сказители. Еще несколько слов о «сказочнике». Фольклор и фольклористика (если они не книжная наука, а живое дело) — тоже от одного корня. Ибо, смею думать, непраздное любопытство к народной сказке или песне имеют в основе поэтическое чувство — дар божий. Если вас от хорошей строчки не прознобило летучим морозцем восторга, если потом часами и неделями не повторяете ее наедине с собой, вы фольклористом не станете.
Так, может, фольклор — для избранных? Однако стотысячный тираж «Сказок Ленинградской области» разошелся, можно сказать, в одночасье, а выступление Андрея Ивановича Каргальского по телевидению имело немалый успех. Не купите вы в книжном магазине и вышедшие уже после «Сказок» «Песни Ленинградской области».
Не надо путать: пусть наш технический век, век НТР, как привыкли повторять публицисты, сколько угодно кичится тем, что воплотил в бытовых электрорадиоприборах сказочные мечты предков и сказке уже нечего делать среди людей. Но гусли-самоигры, волшебные зеркальца, золотые петушки и ковры-самолеты — это лишь принадлежность сказки, а не сама сказка. Главное же в сказке то, что во все времена главным было у людей: торжество справедливости, победа доброго над злым, умного над глупым, жизни над смертью, веселого над унылым, честного над лживым и коварным. И потому не умирает сказка и не умрет, перевоплощаясь в книги фантастов, статьи ученых или оставаясь в своем милом старом убранстве. Жили-были… Жили. Были.