Она уже повернула к дому, когда ее вдруг окликнули.
– Нас с вами судьба все время сводит.
Да, это был англичанин Стив; он прогуливался вразвалочку, руки в карманы, наверное, некоторое время наблюдал за ней.
– Я удивляюсь, какой маленький город, – ответила Лиза.
Сразу пришла на память статейка во вчерашнем «Бомбей Таймс», подписанная инициалами S.W. Там говорилось о женщине из богатой семьи, которая, возвращаясь на своем автомобиле с закрытой вечеринки, где, по словам свидетеля, происходил психоделический сеанс, попала в аварию и была доставлена в больницу в тяжелом состоянии. Далее шли намеки на то, что молодежь из высшего общества курит марихуану, уподобляясь актерам Болливуда, где каждый второй либо что-то курит, либо что-то нюхает.
– С работы идете? – поинтересовался Стив.
– Просто гуляю.
– Техобслуживание еще не закончено? – спросил Стив как ни в чем не бывало и, невзирая на ее удивление, продолжил, – мы же знаем, сколько кораблей и какие. Ведь корабли загрязняют экологию. Мне говорили, что матросы и топливо, и краску льют в воду. Посмотрите, вода мертвая, в ней даже микробы не живут.
Лиза пыталась от него избавиться, но он был навязчив: опять приглашал ее на остров Элефанта на кораблике, который отходил от соседнего причала, и сказал, что обязательно ей позвонит.
– А то уедете, так и не побывав на этом замечательном острове, – говорил он.
– А вдруг останусь, – ерничала Лиза.
– Шутите? – засмеялся Стив. – Времена для белых женщин в Бомбее прошли, собственно, как и для белых сахибов.
– Но вы же сюда возвращаетесь.
– Я другое дело, я по работе, – самоуверенно заявил Стив и добавил, – забочусь об экологии.
– Сегодня я не составлю вам компании, – сказала Лиза строго, – у меня совершенно нет времени. Прощайте.
Она не могла понять, что ему надо. Он просто ухаживает за ней или хочет скомпрометировать? Ведь она не имеет права рассказывать о работе. Жаль, что не спросила, зачем эколог Стив пишет в местную газету статьи о всяких происшествиях.
Но на самом деле Лиза никуда не спешила. Когда она вернулась в отель, как раз накрывали ужин. После ужина она включила компьютер и открыла почту, которую давно не просматривала. Сначала письмо от переводчицы Нины, которая теперь жила в соседнем штате Раджастан. Из пяти девчонок, которые вышли замуж за индийцев, только Нина с первого корабля осталась в Индии, остальные уехали с мужьями в другие страны. Нина жила в провинциальном городке в большом семейном доме и не жаловалась на жизнь. Она писала Лизе, что в браке счастлива, но к новым родственникам пришлось привыкать, проявив чисто индийское терпение. В семье мужа все ее зовут Кумар, потому что, когда она родила сына, ее сначала стали называть мать Кумара, а потом между делом сократили до Кумар.
Все любовные истории переводчиц Лизе были известны, девчонки ничего не скрывали; их отношения развивались стремительно, и еще в России было понятно, что они кончатся свадьбой. Правда, никто из женихов не имел звания выше младшего лейтенанта и не происходил из семейства браминов.
Знала она и двух русских женщин, которым повезло после развода во второй раз выйти замуж – за индийцев. Одна из них жила в престижном районе, довольная своей судьбой, только вот долго привыкала к тому, что слуги обычно ночуют на кухне под столом. А вторая, избавившись в России от мужа грубияна и пьяницы, тоже радовалась жизни, несмотря на то, что ее индийская свекровь придумывала разные изощренные способы, чтобы отравить ей жизнь. Обе девчонки красотой не блистали и происходили из российской глубинки, где им наверняка бы досталась более тяжелая доля. Всякие мелочи, типа свекрови-стервы, не так уж и важны, когда муж тебя любит и уважает.
Женское счастье – это такая сложная субстанция, уравнение из теории вероятностей со многими неизвестными, за решение которого наверняка полается Нобелевская премия. Счастливая женщина отличается от не счастливой иногда только тем, что она себя таковой считает. А в Индии, где разводы не приняты, тем более никого не волнует, что счастье часто достигается через обиды и самоотдачу до жертвенности – у них ведь религия такая.