Тем не менее он не повернулся к ней лицом, пока она не сказала:
— Тай? У тебя есть минутка?
Остальные игроки дружно вздохнули с облегчением, что пришли не за ними. Тай посмотрел на Эскобара, который смеялся рядом с его шкафчиком, и начал смеяться еще сильнее, когда увидел, что Тай на него смотрит.
— У меня тренировка, — ответил Тай.
Эллисон встала рядом со списком игроков, и когда нашла его имя в самом низу, то сказала:
— По-моему, у тебя есть время.
Кто-то рассмеялся. Тай ударил Эскобара по почкам и подошел к Эллисон, которая терпеливо ждала у двери.
— Хорошо, — ответил он. — Что случилось?
— Мы получили образец твоей игрушки. Мне нужно, чтобы ты его одобрил. Пойдем в офис Стрипа.
Именно тогда Тай заметил пару красных туфель ни шпильке позади Эллисон, и ему пришлось наклонить голову, чтобы разглядеть длинные ноги в этих самых туфлях, а также облегающую футболку с надписью «Пересмешники» и блондинку, которую он видел накануне.
— И снова ты, — сказал он.
Эллисон перевела взгляд с одного на другого.
— Не знала, что ты знаком с Гвен.
Так вот как ее зовут.
— Гвен дала мне заметки прошлой ночью, — ответил Тай, и женщина вопросительно посмотрела на него. — Она хорошо работает.
— Отлично. — Эллисон сунула в руки Гвен коробку и конверт и улыбнулась Таю. — Тогда она сама справится с этим. Утверди образец. Гвен все объяснит насчет предстоящей тематической ночи, и ты также можешь подписаться на это.
Кто-то выругался позади него, и Тай был полностью с этим согласен. В последний раз, когда Пересмешники проводили тематическую ночь, их заставили петь под фонограмму песни Тейлор Свифт, и после этого у него неделю в голове крутилась песня «Look What You Made Me Do» («Смотри, что ты заставил меня делать»). После этого аудитория из девочек подростков возросла на десять процентов.
— Запомни, — сказала Эллисон, оборачиваясь к Гвен. Слова были адресованы ее помощнице, но явно для того, чтобы Тай их услышал. — Два одобрения, или ты уволена. Увидимся наверху.
Она отошла, звук ее каблуков звучал как выстрелы. Напряженность, царившая в комнате, немного ослабла после того, как Эллисон исчезла, но Гвен все равно выглядела так, словно ждала расстрела. Тай был готов отказаться от болванчика, даже не взглянув на него, но сейчас он чувствовал себя более открытым к предложениям.
— Хорошо, — сказал он. — Давай посмотрим на эту штуку.
Гвен прикусила губу, открыла коробку и вытащила пластиковую фигурку с огромной головой, стараясь не встречаться с ним глазами. На секунду Тай подумал, что она застенчивая, но потом увидел куклу. Она выглядела как дьявол.
— Что за хрень? — воскликнул он. — Он не похож на меня!
У куклы было обычное лицо со странным острым носом, слишком красными губами и настолько голубыми глазами, что над ним будут издеваться больше, чем тогда, когда вышла реклама нижнего белья. Когда появились рекламные щиты, Коннор распечатал майки для всей команды с изображением Тая с шестью кубиками и узких плавках и с ярко-голубыми глазами. Придурки носили майки в течении месяца на тренировки.
Гвен прочистила горло.
— Он, хм, похож.
— Похож на демона.
Она постаралась сдержать смех.
— Нет, он милый.
— Скажи это без смеха.
Она покраснела.
— Не могу.
Тай взял куклу и тряхнул ее. Его пластиковая голова болталась так быстро, и, казалось, голубые глаза следили за каждым его движением.
— Я не могу одобрить это. Ужас какой-то.
— Это новинка. И они популярны.
Он провел пальцами по волосам.
— Клянусь, Эллисон делает это специально.
Гвен протянула ему соглашение и ручку.
— Просто подпиши в конце.
— Что подписываете?
Тай поморщился, когда почувствовал запах Ибанеза, подошедшего к ним. Он обернулся и увидел, что на пареньке нет ничего кроме полотенца на бедрах и золотой цепочки на шее, а кожа все еще влажная после душа. И почему-то он все еще чувствовала запах его дешевого одеколона.
Гвен чихнула.
— Это болванчик, — быстро сказал Тай. — Иди одевайся.
Но Ибанез вырвал куклу из его рук и встряхнул ее.
— Dios mio! (прим. по исп. Боже мой) — закричал он. — Это ведьма!
Вся комната взорвалась смехом, и Тай собирался отругать паренька, но увидел, что и Гвен смеется. У нее была милая улыбка, которая смягчала черты лица, делая еще нежнее. Счастливее.
Тай вздохнул и забрал куклу.
— Я принесу тебе одного такого домой, — пообещал он Ибанезу.
— Пожалуйста, не надо.
— На самом деле, я принесу целую кучу. И куда бы ты не глянул, я буду повсюду.
— Я итак вижу твое лицо повсюду, hermano (прим. по исп. брат). От этого не сбежать.
Тай подмигнул ему.
— Удачи тебе. — И, повернувшись, сказал Гвен: — Давай уйдем от этого придурка.
Ибанез наклонился вбок и посмотрел на Гвен.
— Ты работаешь здесь? — спросил он.
— На девятом этаже, — ответила она.
Он улыбнулся.
— Тогда у тебя отличный вид оттуда. Видела мой хоум-ран вчера?
— Да. Хорошая работа.
— Gracias (прим. по исп. Спасибо).
— Хватит напрашиваться на комплименты, — приказал Тай, оттолкнул паренька и шагнул в коридор вместе с Гвен. — Пойдем в офис Стрипа.
Минуту спустя они сидела за столом менеджера, заваленном бумагами, друг напротив друга, дьявольская кукла лежала в коробке вместе с подписью Тая внизу.
— …лучший из лучших, — говорила Гвен размахивая конвертом, который ей дала Эллисон. — Название «Малыши и бейсбол», и все игроки…
— Малыши? — перебил Тай.
— Да. Сначала они думали назвать «Мальчики и Бейсбол», но мы же не хотим, чтобы девушки перестали следовать свои мечтам, поэтому решили изменить на «Малыши»…
— Малыши даже не знают, что они на бейсбольной игре.
— Ты был ребенком, — сказала Гвен.
— Извини?
Наконец, она нашла то, что искала и вытащила образец картинки, которая будет показана на больших экранах в задней части поля. Это была фотография ребенка в кепке с именем Шона Льюиса, затем его позиция — Центральный полевой игрок.
— Мы попросила всех принести детские фотографии, — объяснила Гвен, — и будем транслировать их на протяжении всей игры. Это покажет детям, что для любви к бейсболу нет возраста, и мы сможем использовать это для продвижения Суперзвездной Субботы.
Суперзвездная Суббота уже имела огромный успех. В этот день утром, дети могли побегать на поле и встретиться с игроками перед субботней домашней игрой.
— Все остальные подписались на это?
— Ты единственный, кто этого не сделал.
— Я даже не слышал об этом.
— Потому что ты заблокировал все входящие письма от Эллисон.
— Я…
— И ее телефонные звонки.
— Это…
— И ты спрятался в душе, когда она искала тебя.
— Она об этом знает?
— Она знает обо всем.
Тай подписал договор.
— Я постараюсь найти фотографию. У меня немного вещей из… прошлого.
— Я знаю.
Детство Тая не было секретом. Он потерял своих родителей в автокатастрофе в возрасте семи лет, и его передали в приемную систему. Ему повезло, и он побывал в паре хороших семей. В двенадцать он начал играть в бейсбол, в четырнадцать его заметили, в пятнадцать Коннора поселили в ту же семью, что и его. В тот момент его жизнь перевернулась, и он снова обрел надежду.
Гвен положила подписанные бланки в конверт и закрыла его.
— Отлично, — сказала она с облегчением. — Спасибо.
Она начала вставать, и прежде, чем Тай понял, он выпалил:
— Ты знала, что я сегодня опять на скамейке запасных?
— Я видела списки.
— Стрип сказал, что это из-за того, что я недостаточно извинился.
Она прикусила губу, и он догадался, что она старается не рассмеяться.
— Будешь играть завтра?
— Если буду хорошо себя вести.
— Тогда шансы пятьдесят на пятьдесят.
Тай спрятал улыбку.
— Я не знаю, чего они хотят от меня. Я сказал то, что ты мне сказала. Я извинился. Я даже ретвиттнул глупую картинку Ибанеза с его подачей.
— Первую или вторую?
— Ха-ха.
Теперь настала очередь Гвен прятать улыбку, когда она встала.
— Сходи в бар, — сказала она.
Тай моргнул.