— Оу, — нерешительно проговорила Гвен, — точно.
— Я думал, что ты не придешь, — заметил он, передавая ключи парковщику.
— Мне было приказано.
Тай улыбнулся.
— Мне тоже. У нас так много общего.
Гвен громко рассмеялась после этих слов, и Тай сначала удивился, потом тоже развеселился.
— Извини, — сказала она, указывая между ними. На часы упал свет, они сверкнули, и, вероятно, одни только часы стоили больше, чем все, что у нее есть. — Просто… Точно. Извини.
Тай кивнул в сторону двери.
— Ты зайдешь?
— Эллисон уволит меня, если я этого не сделаю.
— Просто скажи, что ждала меня. — Блеск в его глазах подсказал ей, что он шутит и, когда Гвен улыбнулась, часть ее беспокойства немного утихла.
— Неужели я настолько очевидна?
Он улыбнулся.
— Пойдем. Я куплю тебе выпить.
Тай открыл дверь и махнул Гвен, и, на мгновенье, она почувствовала себя как девушка из фильма, которой сказали, что она принцесса и вступила в совершенно новый мир, где всё и все идеальны, и почему-то они думали, что и она такая же.
В баре были громко включены телевизоры с полудюжиной спортивных передач, и пахло алкоголем, духами и сексом. Исчезли куриные крылышки и пиво, а также игровые автоматы. Гвен заметила в толпе игроков «Пересмешников», что было довольно легко, судя по количеству женщин и поклонников, которые надеялись познакомиться с игроками.
Эллисон, Чад и Брэндон сидели в кабинке в глубине бара. «Пересмешники» снова выиграли сегодня, но бутылка шампанского, стоящая в ведерке со льдом на столе, казалась лишней.
— Что будешь пить? — прокричал Тай, касаясь ее запястья, пока проходил сквозь толпу к бару. Вспышка, которая моментально распространилась по ее руке от его прикосновения, вероятно была всего лишь статическим электричеством, но Гвен все-таки проверила кожу на предмет ожога. К сожалению, этого колебания хватило, они не успели сделать и пяти шагов, как Тая окружили.
Из толпы вышел Ибанез, одетый в белый костюм и розовую рубашку, с двумя золотыми цепями на шее.
— Посмотрите, кто пришел! — крикнул он и обхватил Тая за плечи. — Это же Тайлер Эш!
Раздались крики и приветствия, и Тая поглотила толпа этих великолепных людей. Она заблокировала путь к двери, но оставила открытым путь, где сидел пиар-отдел, и когда Брэндон заметил ее, то помахал рукой, и у Гвен не осталось никакого выбора, как подойти.
— Ты сделала это, — сказала Эллисон, подвигаясь по сиденью так, чтобы Гвен могла сесть рядом с ней.
— Да, — ответила Эллисон. — Извините, я…
Но Эллисон смотрела мимо нее на толпу, где вероятно стоял Тай.
— Вы пришли вместе?
Гвен постаралась подавить панику, удивляясь, почему она оказывается в таких ситуациях. Она не знакома с Тайлером Эшем. Так ведь?
— Нет, — ответила она. — Мы просто вошли в одно…
Брэндон засмеялся.
— Это шутка. Мы знаем, что ты пришла не с Эшем. Он ни с кем не приходит.
— Уходит, возможно, но это другая история, — сказал Чад, потягивая напиток и ухмыляясь.
Гвен сохраняла нейтральное выражения лица, но она знала, о чем они говорили. Тай и его лучший друг Коннор Уитман были известны своей позицией в отношениях: нет ничего важнее бейсбола. Конечно же они встречались, но в последние пару недель Тай не был замечен ни с моделью, ни с актрисой, ни с певицей, ни с дизайнером, ни с неприлично красивой девушкой. Но насколько Гвен знала, ни одна из этих девушек не появлялась на фотографиях более месяца или двух, хотя, казалось, все были довольны таким соглашением. Пару лет назад, во время второго сезона Тая в высшей лиге, появилась статья, в которой девушка на одну ночь поделилась деталями их встречи с таблоидами. Статья имела не-очень-остроумное название «Сокрушенная Тайлером Эшем — Лучший секс в моей жизни!».
Ходили слухи, что имелось и видео, но команда Тая вмешалась и сохранила это в тайне. Люди были разочарованы, но это никак не повлияло на продажи публикации: выпуск стал одним из самых продаваемых журналов года. Гвен не гордилась тем, что прочитала статью. Дважды.
Она прочистила горло.
— Для чего шампанское?
— Мы празднуем, — ответила Эллисон, жестом давая понять Чаду, чтобы он наполнил бокалы. — За шпиона!
— За шпиона! — вторили Чад и Брэндон.
Все они чокнулись бокалами, и Гвен нерешительно повторила за всеми. Она не хотела быть шпионом. Она не знала, чем хотела заниматься, но не этим.
— Хорошо, хватит веселиться, — сказала Эллисон. — Теперь о твоей первой миссии.
Гвен оглянулась. Она видимо пропустила веселье. На самом деле, она забыла, когда веселилась последний раз после смерти Мардж. Она потеряла связь с друзьями, чувствовала разочарование от проигрыша «Пересмешников» в Мировой Серии и провела зиму на девятом этаже по большей части игнорируемая, но если быть до конца честной, то и она игнорировала своих коллег.
Сегодня она в первый раз за последние месяцы вышла выпить даже если это из-за того, что ей угрожали и подкупили. У нее не было «близких отношений» с октября, и это была всего одна ночь. Она была, признаваясь сама себе и оглядывая бар, одинока. Это такой вид одиночества, который только усиливался, даже если рядом люди.
Она взяла шампанское и выпила его. Она почувствовала пузырьки в носу, и слезы навернулись на глаза, но она почувствовала себя намного лучше, и Чад на самом деле улыбнулся, пока наполнял ее бокал.
— Наслаждайся пока можешь, — прошептал он.
Гвен посмотрела на него с мягкой улыбкой и сделала осторожный глоток. Может именно этого ей и не хватало всю жизнь. Алкоголя.
С другой стороны бара послышался громкий смех, и она повернулась на звук. Было трудно что-то разглядеть при таком тусклом освещении, но похоже Тай и игроки «Пересмешников» составляли большую часть людей в баре. Даже при слабом освещении и ярком свете от неоновой рубашки Ибанеза невозможно было не заметить Тая. Он смеялся над чем-то, его зубы были белоснежными и сверкали, великолепная блондинка висела на его руке. Он выглядел счастливым и в своей стихии.
По крайней мере приказ «прийти в бар» хоть кому-то помог.
— Вернемся к делу, — сказала Эллисон, постукивая пальцами по столу. — Нам нужно начать готовится к аукциону «Мечты Пересмешников». Как обычно, мы сделаем персональные корзины от каждого игрока и выставим их на торги. Твоя задача заключается в том, чтобы узнать, что игроки хотели бы положить в корзины. Мы начинаем готовится пораньше, потому что потребуется время, чтобы некоторые игроки ответили. В прошлом году мы получили всякую хрень, например, подписанный мяч и пакет с попкорном. Мы очень хотим, чтобы нас поняли. Мы хотим, чтобы они подумали. Хотим, чтобы это шло от сердца. И нам нужно это больше, чем когда-либо, особенно если этот сезон продолжится в том же духе. Так что заведи друзей и выясни, что они хотят включить в корзину. И не какие-нибудь бестолковые предметы, которые можно купить в магазине команды. А вещи, которые они действительно хотят.
Чад открыл рот.
— Чад если начнешь петь песни Spice Girls, ты уволен.
Он закрыл рот.
— О, спасибо Боже, — пробормотал Брэндон.
Гвен потягивала шампанское. Хорошо, что касается работы шпиона, это была не худшая задача, которую ей могли поручить. Узнать, что люди хотят видеть в своих благотворительных корзинах для аукциона, должно быть достаточно просто. Подружиться с игроками? Возможно, не так просто, если она не оденет мини юбку и блестящие десятисантиметровые каблуки.
Она снова оглядела толпу, но Тая нигде не было. Так же, как и блондинки. Гвен вздохнула.
— Мне нужно в уборную, — сказала она.
Она пробиралась сквозь толпу, наполненную запахами духов, алкоголя и гормонов. Слева от бара находился длинный темный коридор с закрытыми дверьми по обе стороны. Коридор был слабо освещен бра, и чем дальше она отдалялась от бара, тем тише становилось, и она слышала лишь цокот каблуков по полу.
На первых трех дверях были таблички, указывающие, что они для администрации, на четвертой висела табличка «Мужской», на пятой «Игровая комната». Рядом с ней находилась женская уборная, но Гвен она не была нужна, ей просто нужно было пространство. Возможно, ей пора чаще выбираться и начать общаться с людьми, но нужно было начать с чего-то более простого, а не бросаться в самый шикарный клуб в городе с самыми красивыми людьми на земле, при этом одетой в любимую футболку Пересмешники.