А еще Илья понял, что он такой же. И для него в этом мире важнее всего его «семья»: Надя, Юля, Матвей, и даже придурок Макс. И он тоже не хочет ими рисковать. Да, подраться с монстрами можно. Но нужно ли проявлять самоубийственный героизм, защищая Атлану? Надо ли им рисковать жизнью, вступая в бой с вновь переправляющимися тварями? А зачем? Между прочим, княжеская армия куда-то испарилась, хотя драться за свою землю ее прямая обязанность...
- Я вас понял, капитан, - ответил Илья. – И полностью поддерживаю ваши действия. Мы должны стать крепостью на переправе. Этим мы оттянем силы противника на себя и поможем нашим. А если уж прижмет и твари полезут… надо организовать прикрытие ветеранами, пока отступают новички. Я думаю, мы сможем отойти без потерь. А еще нам надо бы попытаться прямо сейчас отстрелять троллей. Их не так много и я думаю, что они не такие бронебойные как личи. Нельзя оставлять противнику «артиллерию».
- Я вижу, мы мыслим одинаково, боец, - широко улыбнулся Илье Пищалин. – И мне это нравится.
Глава 25
Весь день наемники провели в осаде, заняв круговую оборону в деревне. Окружившие их твари никаких попыток перейти в наступление не предпринимали, а мобилизованные не слишком-то горели желанием лезть в бой и тратить дефицитные патроны. Время от времени они обозначали активность, пытаясь достать ближайших монстров, и иногда это даже получалось, но общую ситуацию никак не меняло. Стрельба по троллям-артиллеристам особого эффекта тоже не принесла. Двух или трех серокожих гигантов удалось завалить снайперским огнем с фугасными и бронебойными заклятьями, но остальные просто отступили подальше, скрывшись из виду. А вокруг деревни к полудню накопилась приличная группировка противника, примерно под тысячу голов. Основу ее составляли муравьи, но поодаль время от времени мелькали окруженные зеленоватым сиянием личи. Обычных зомби, шатающихся тут и там, тоже хватало. Впрочем, в основном все твари держались у дороги, и никто из них не лез к деревне ближе полукилометровой зоны.
Ближе к вечеру твари двинулись дальше, оставив у деревни свой «заслон». Не настолько большой, чтобы уверенно взять укрепленную насыпь, завалив защитников телами, но и не такой маленький, чтобы можно было рассчитывать одолеть его без крупных потерь, если выйти на открытую местность и атаковать самим. Илья не испытывал иллюзий – если наемники полезут в бой, то без огромных потерь не обойдется. В открытом поле часть тварей непременно добежит до них и наделает дел. Ни штурмовики, ни целительницы тут не панацея – одних не так уж и много, а лечебная магия других может быстро остановить кровь, стянуть порез, обезболить и придать сил. Но с тяжелыми проникающими ранениями и серьезными повреждениями внутренних органов она сама по себе не справится, чудес не бывает. Так что приходилось отсиживаться за колючей проволокой, словно заключенные в концлагере. И смотреть со стороны в бинокли как идут полями к Атлане всё новые и новые отряды монстров: боевые и рабочие муравьи вперемешку с зомби и троллями.
Впрочем, к ночи вражеская активность затихла. Осаждающие деревню твари попрятались в темноте, движение по дороге и полям прекратилось. Наемники поужинали, Пищалин распределил по группам дежурства у насыпи и Илья, людей которого, также как и альдов Камии, в караулы не выставили, собирался пойти поспать несколько часов. Но не успел, поскольку его нашел посыльный, пригласивший их с Камией в штаб.
- У меня есть новости, господа, - отставив всякие чины, сказал капитан, когда наемники вошли в дом, который служил импровизированным штабом их батальона. – Княжеская армия, наконец, дала о себе знать. Полчаса назад я говорил со Свиригиным по рации, и он обрисовал мне общую ситуацию.
- Вот как? – живо заинтересовался новостью Илья. – И где же армия?
- В Атлане. Сидит в городе, - развел руками капитан.
- Очень интересно, - Камия даже не пыталась скрыть сарказм в голосе. – То есть, они решили отсидеться за стенами, пока мы воюем?
- Выходит, что пока так, - ответил Пищалин. – Впрочем, мне всех подробностей не докладывали. Достоверно известно лишь то, что весь север от реки Волчья до самых городских ворот сегодня после полудня сдан противнику. Часть беженцев укрылась в городе, судьба остальных неизвестна. Армия тоже в городе, обороняет стены. Которые, насколько я знаю, пока никто не атакует.
- Те стены сто лет не ремонтировали, - хмыкнул Илья. – Я знаю места, через которые при желании курица перескочит. Кладка не только обвалилась, но уже и травой давно заросла.