— Сахи лейтенант, Тарбей! — произнёс Сумисшвати, показывая рукой на открывающийся с перевала вид на большой город, со стоящим на рейде «Неустрашимым».
— Море! Оно прекрасно! — восторженно произнесла Таиса и, обернувшись, добавила: — Но прекрасней гор нет ничего на свете!
Она могла бы добавить — когда летишь над ними, но промолчала.
Глава пятая
Милость богини
Таиса сидела у окна в тарбейском губернаторском дворце, который значительно отличался от резиденции губернатора Каранска. Это был не дворец, а скорее огромный замок — цитадель прежних правителей Хунду. Альбионцы, захватив княжество, решили разместить свою администрацию именно в этой крепости, тем более что она была как нельзя лучше приспособлена к обороне. Расположенный на высоком скальном уступе, комплекс древних фортификационных сооружений господствовал над городом, немаленьким городом, гораздо большим чем Сикрашат. Таису зачем-то вызвал сюда старший советник Лонг, он же и задержал отплытие «Неустрашимого» на неопределённый срок по каким-то одному ему известным соображениям. Таиса прибыла вовремя, но её вежливо попросили подождать, и теперь она, одетая в привычный мундир гардемарина с лейтенантскими нашивками, сидела у окна и смотрела на город. С высоты крепости разглядеть детали было невозможно, только общий вид. Но глаза Таисы позволяли ей видеть то, что делалось у главного храма города, храма, посвящённого богу Ишвашавану. Там проповедовала недавно приехавшая, новая верховная жрица могучей богини, победившей Виджунну. Хрупкая маленькая девушка, в тунике странного пепельного цвета, без страха стояла перед огромной толпой, в первых рядах которой виднелись люди в одеждах жрецов Ишвашавана и Виджунны.
— Любуетесь? — спросил Таису неслышно подошедший Лонг, неслышно — как он сам думал. Таиса услышала его ещё тогда, когда он проходил по соседней комнате.
— Красивый город, несмотря на то, что туземный, — кивнула Таиса, — хотя Сикрашат мне понравился больше. Тарбей несколько хаотичен, что ли.
— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, — усмехнулся советник, — к сожалению, я не бывал в Сикрашате. Кстати, о том княжестве, майор Фантор писал, что у тамошних правителей вы в большом фаворе. У меня сложилось такое впечатление, что он несколько обижен на вас. Не объясните ли, чем это вызвано?
— Объяснить что? Почему ко мне хорошо отнеслись в Сикравашти? Или почему обиделся майор?
— Если вам не трудно, Талиас, объясните и то, и другое и не так сухо, как в рапорте. А я вам расскажу, чем вызван этот мой интерес.
Таиса кивнула и начала рассказывать. Её рассказ почти не отличался от того, что она изложила в рапорте, разве что изобиловал красочными подробностями. Таиса рассказывала, как отряд сикров, уходящий от погони, по мрачной долине вышел к тайному храму Виджунны. О луввоке, естественно, упомянуто не было. Как в лихой атаке были освобождены княжна и её служанки, как удачно заложенным зарядом был подорван храм Виджунны с опомнившимися жрецами.
— А майору Фантору не понравилось, что комнаты, выделенные мне, были больше его, ну и кровать… Там была такая кровать…
Советник Лонг приподнял бровь, показывая, что не понял в чём дело, Таиса усмехнулась:
— Очень большая и очень мягкая, а к ней в придачу ещё пять служанок, наверное, чтоб не потеряться на этой кровати.
— Понятно, — хохотнул Лонг, — старину Фантора обидел размер, а главное, вид благодарности князя Сикравашти, хотя пять служанок не такая уж и большая плата за спасение его дочери. Ещё майор выразил удивление тем, как быстро вы смогли выучить местный язык, всего за несколько недель, ему вашего уровня не удалось достичь даже за те два года, что он здесь.