— Надо вывести людей, — возразил я. — Это не бойцы. Ты же видишь.
Однако принцесса уже раздобыла где-то лазерный автомат, а Перкосрак и Хюьи вооружились трофейными пистолетами. Вид у них был потешно-воинственный, с оружием они обращаться не умели совершенно.
— Поранитесь же… — вздохнул я. — На предохранитель поставьте.
— Мы будем сражаться! — пылко заявил Перкосрак.
— Будете, будете, на предохранитель только поставьте, — потребовал я.
— Проходим ко второй лестнице, спускаемся вниз, к нулевому уровню, — предложил Пирсон.
— Если Чанг с парнями не пробились, с тыла поможем, — добавил Лис.
Перспектива вступать в огневой контакт в присутствии принцессы энтузиазма вовсе не добавляла, я бы предпочёл взять её в охапку и идти к ближайшему шлюзу.
— Алекс… — тихо сказала принцесса, видя мои сомнения. — Если мы сейчас отступим, всё пойдёт прахом. Солнечные нас выдавят.
— Империя не отступает, — буркнул я.
— Вот и я так думаю, — улыбнулась она.
Мы отправились вперёд.
Я, Пирсон и Лис шли в авангарде, затем девушки, замыкали процессию Перк и Хьюи. Мы собирались пройти одиннадцатый отсек насквозь, чтобы затем спуститься и соединиться с остальными силами лунных. И уже потом всем вместе ударить по солнечным, кулаком, а не растопыренной пятернёй.
По лестнице спускались крайне осторожно, памятуя о возможных засадах, но не обнаружили больше ни одной. Чанг и его бойцы продвинулись дальше нас. Оно и не удивительно, им не нужно было тратить время на спасение людей из осаждённой квартиры.
Нас, правда, чуть не подстрелили, когда мы догнали его группу. Ладно хоть Пирсон догадался крикнуть издалека, что это свои, целились в нас уже совсем не в шутку.
Чанг, весь в крови, но в чужой, кивнул нам всем, отдельно кивнул принцессе.
— Ещё немного, — осклабился он. — Загоним этих уродов к реактору, Харитон с Джозефом их прихлопнут. Возьмём реактор, и станция наша. Юджин заберёт диспетчерскую.
Пирсон и Лис подбежали к боссу, кратенько доложились, рассказали о смерти Олдриджа, пошушукались немного, очевидно, рассказывая Чангу о статусе принцессы. Чанг даже бровью не повёл, кивнул, жестом отправил их вперёд.
— Алекс! — окликнул он меня. — Ты с нами?
— С вами, — сказал я.
— Отлично! — хрипло рассмеялся Чанг. — Дожмём эту мразь!
Выдвинулись дальше. В этот раз я не рвался вперёд, героев хватало и без меня. Я считал своим долгом прикрывать и опекать принцессу, стараясь не пускать её в самое пекло. Пусть местные бандиты и фрики расстреливают друг друга из бластеров, лазерных автоматов и плазменных винтовок, их много. А принцесса одна.
Она даже возмутилась, когда я в очередной раз придержал её за локоток, как только впереди началась пальба.
— Мне не нужны няньки! — прошипела Елизавета, вырывая локоть из моей хватки.
Мысленно я звал её настоящим именем, на мой взгляд, ей оно подходило гораздо больше.
— Я опекаю тебя не больше, чем опекал бы любого своего мичмана, — проворчал я.
— Охотно верю, — тем же тоном сказала она.
Из жилого сектора мы давно вышли, медленно продвигаясь по техническим коридорам станции к главному реактору. Чем ближе мы продвигались, тем ожесточённее сопротивлялись солнечные, причём они, кажется, даже позабыли о своих разногласиях и снова объединились, лишь бы не допустить нас до власти.
Вступить в бой пришлось и мне, и принцессе, и Перкосраку с Хьюи. Хотя я всё равно старался держать Елизавету подальше от реальной опасности.
Воздух нагрелся от выстрелов, тяжёлый запах железа, крови и жжёной плоти забивал ноздри. Мы пробивались к самому сердцу Дер Эквинума, к реактору, питающему всю станцию энергией. Кто контролирует энергию — тот контролирует всё. Оттуда можно просто и банально перераспределить энергию так, что, к примеру, административный сектор окажется полностью обесточен и отрезан от остальной станции. Поэтому солнечные дрались с отчаянием обречённых.
Я стрелял в одного противника за другим, как только они появлялись в поле зрения, верная Скрепка помогала, фиксируя цели в дополненной реальности. Силком утаскивал Елизавету в укрытие, несколько раз заслонял собственным телом, но чаще всего выстрелы до нас даже не долетали, со своими имплантами я оказывался быстрее и точнее, чем любой боец солнечных.
Наконец мы дошли до огромной запертой гермодвери, за которой таилась святая святых станции Дер Эквинум, мобильный реактор термоядерного синтеза, денно и нощно снабжающий местных целой прорвой энергии. Своего рода маленькое солнце, запертое в тесной ловушке, опасное и нестабильное. Хватит одного бластерного выстрела, чтобы уничтожить тут всё в мгновение ока.