И ещё у каждого солдата при себе был меч или сабля. Штыков нет вообще.
— Чёрный Волк! Чёрный Волк!
Я понял, почему всё так странно. В те времена не было имперской армии и РВС. Каждый глава Малого Дома собирал своё собственное ополчение, когда ему приказывал Наблюдатель Великого Дома.
Отсюда никакой унификации. На что хватило денег, с тем и посылали в бой. Да и не было смысла закупать самое дорогое, ведь исход боя решали Небожители, а не армия. Даже первые танки не были для этих полубогов угрозой.
Но скоро всё изменится. Я знал это, но люди тогда об этом и не думали.
— Чёрный Волк! Чёрный Волк!
Крики постепенно затухали. Мотоповозка ехала дальше, оставляя войско позади.
Впереди показались чужие знамёна. На них можно было разглядеть ветвистое кольцо, разделённое на восемь частей, внутри каждой было собственное оружие. Это герб Юнитума, эмблемы правящих Небожителей под властью Таргина Великого. Герб почти не поменялся с тех пор.
Мотоповозка остановилась там, где ждали парламентёры, между позициями двух армий. Парламентёров трое: молодая светловолосая женщина в кожаной куртке и двое усатых мужчин в военной форме старинного образца.
Все трое держали оружие Небожителя с красными клинками, чуть прозрачными, от которых исходило едва заметное свечение. У женщины было копьё, у одного из усачей — длинная алебарда, у третьего — меч.
И меч был необычный: его лезвие было разделено на сегменты и свисало вниз до самой земли, как хлыст. Но владелец поднял его, и сегменты собрались сами, со щелчком образовав клинок.
У того, через чьи глаза я смотрел, в руках появилось такое же оружие — глефа. Очень длинная и тонкая, но вряд ли она погнётся от удара. Лезвие, должно быть, очень острое. От одного взгляда порезаться можно.
Но не это главное оружие этого Небожителя, которого все называли Чёрный Волк. Он способен на другое.
— Ты нарушил Кредо Небожителя! — грубо произнёс усатый с алебардой.
— Знал бы ты, что сделал наш отец, — с усмешкой ответил Чёрный Волк.
— Отец готов тебя простить, — произнесла женщина. — Вернись, и Таргин примет тебя назад. Просто отведи свои войска.
— Знаете, какой у него план? — голос Чёрного Волка звучал спокойно. — Таргин создал Небожителей из осколков своей души, чтобы наши предки захватили для него континент. А теперь он хочет все осколки назад. Он нас предаст и уничтожит. Одного за другим.
— Как ты смеешь так о нём говорить? — взорвался тот, что был с алебардой. — Да я тебя…
— Молчать, — отрезал голос, и Небожитель с алебардой отшатнулся. — Поэтому он создал меня. Разбил свой осколок ещё на один. Чтобы я смог сожрать ваши души.
— Ты безумен, Моктар, — женщина покачала головой.
— Так и есть. Это он меня таким сделал. Хотел, чтобы я поглотил силу, а он бы потом забрал всё это у меня. Но он испугался, что я стану сильнее его. И прислал вас меня добить.
Все трое переглянулись.
— Моктар… — начала было женщина.
— Но он не отступился от своего плана, поэтому занялся тобой, Агли Дерайга, — Моктар указал на женщину. — Ты беременна, но твой ребёнок уже получил осколок сущности пожирателя. Когда он вырастет, то уничтожит всех нас, и Таргин…
— Замолчи! — воскликнула она.
— Если ты не сдашься прямо сейчас, — мужчина с мечом поднял оружие, — придётся начать бой.
— Конечно, — Моктар усмехнулся. — Но знай, что ты следующий, Тэрта. Потом ты, Фойл, — он перевёл взгляд на того, что с алебардой, и посмотрел на женщину. — А вот ты умрёшь уже скоро, Агли. Но твой сын изменит всё. Запомните это, вы все. Когда будете умирать, вспомните, о чём я предупреждал.
Они попытались напасть, но отшатнулись, когда увидели яркую вспышку в горах. А после побежали назад.
Целая армия отступала, ведь Моктар применил свою способность…
И вокруг меня снова темнота, очень плотная и густая, но вдали мерцали огни, тусклые, как звёзды в небе.
Что я только что видел?
Но если подумать, то сопоставить всё не составит труда, ведь я же изучал историю Юнитума.
Восстание Небожителя Моктара, которого называли Чёрный Волк из Сидара, было первым восстанием Небожителя против власти Таргина. И самым кровавым.
Оно длилось долго, и погибли десятки тысяч человек. Сам Моктар взорвал месторождения игниума в горном хребте, вызвав такую сильную реакцию, что игниум растопил ледяные шапки в горах и затопил долину.