Куда именно полетит крепость, никогда не объявляли, это было высшей государственной тайной. Ведь на борту часто находились командующие имперской армией и сами императоры.
Способности крепостей к противорадарной борьбе делали обнаружение ставки главнокомандующего достаточно сложным. Это было необходимостью, учитывая, что у империи Дискрем на вооружении имелись ракеты большой дальности, способные уничтожать бункеры.
Они могут найти бункер, но попробуй вычислить постоянно двигающуюся крепость на нашей земле.
Крепость «Императрица» должна была отойти на плановый ремонт в Нерск, а мы — на пополнение, нам нужны были новые бойцы и офицеры. А нам на замену двигалась другая — «Северное копьё».
— Сейчас начнёт садиться, — с восторгом сказал Кеннет. — Свою каюту я так и не посмотрел, — он засмеялся.
— Увидишь, — произнёс я.
Крепость доплыла до необходимой точки и остановилась над бетонным полем в центре базы. Здесь был свой гарнизон, который и не дал сухарям его захватить в первый день начала мятежа. Так что это место стало плацдармом для наступления имперской армии.
Отсюда было начато наступление на аэродром поблизости, где были уничтожены самолёты Инфиналии, затем и на город.
Бетонная площадка построена так, что она способна выдержать вес гигантской машины. Само поле покрыто с застаревшими следами копоти и несколькими застарелыми вмятинами и трещинами, где крепость садилась в прошлый раз.
А на самой базе были бункеры с боезапасом и топливные баки с резервным запасом пасты. Сухари, конечно, хотели всё это взорвать, но не вышло.
Крепость неподвижно замерла в небе, только маневровые двигатели наклонялись, чтобы машина не пролетела по инерции дальше. Их наклон постоянно менялся, реактивные струи из маршевых двигателей внизу стали мощнее, огненные струи слепили глаза не хуже солнца. У меня на сетчатке даже отпечатался их след.
Погода стояла прохладная, но нам будто становилось жарко, ведь температура вокруг поднималась.
Над полем раздался протяжный звук сирены, и крепость начала опускаться, медленно и неторопливо.
В этот момент сгорало очень много топлива. Экипаж был сильно напряжён, все наготове. Орудия находились в походном положении, все самолёты закреплены в ангарах, люди ждали посадки.
Над полем пронёсся ещё один звук тревоги, и в этот момент напряглись все, кто был рядом. Вдруг упадёт, и наверняка не только в моей голове пронеслась такая мысль.
Махина опустилась ещё ниже, реактивные струи уже почти доставали до земли. Бетон и так был покрыт копотью, а сейчас вообще почернел. Сильно запахло тухлым яйцом, но не так сильно, как от обычного топлива — когда сгорает паста, запах не такой удушливый и неприятный.
А на брюхе крепости открылись толстые люки, откуда медленно вышли шасси — четыре пары огромных мощных ног размером с подъёмный кран, способных выдержать такой вес. Они всё лезли и лезли, нужным образом разворачиваясь на ходу.
В этом деле у инженеров империи уже был солидный опыт, они многому учились во время эпохи военных шагающих машин, как делать такие прочные ноги. Так что шасси должно выдержать.
Крепость уже почти остановилась, замерев над землёй. Мы держались на огромном расстоянии, чтобы нас не сожгло, но жар всё равно бил в лицо, кто-то даже вспотел. Кеннет, как я заметил, задержал дыхание. Струи огня будто бы даже стали сильнее.
Раздался глухой стук — одна ножка шасси коснулась поля, но только одна. Кто-то испуганно вздохнул, побоявшись, что если наклон сохранится, то нога отломится. Но экипаж уже выровнял судно, и вскоре поля коснулись все ноги. Крепость чуть приподнялась и опустилась, ноги-шасси задрожали от нагрузки.
Жар от реактивных струй был такой, что нижняя часть крепости уже потемнела от копоти, потому что огонь от поля отражался вверх. Вся краска на брюхе слезла, в Нерске это всё будут перекрашивать.
И всё. Крепость замерла, реактивные струи начали ослабевать, пока не исчезли, и двигатели не выключились вовсе. Шум стих, теперь доносилось только потрескивание остывающего металла.
Кеннет с облегчением выдохнул. Я уверен, что в этот момент командир крепости вытер вспотевший лоб и устало откинулся в своём кресле.
Ну а для нас всё только начиналось.
Гвардейцы-«шарфы» на бронемашинах уже были рядом с летающей машиной. На самой крепости откинули люк внизу и опустили трап. К этому трапу тут же выстелили красную ковровую дорожку, вдоль которой и выстроились гвардейцы.
Что-что, а двигаться, как на параде они умели — все действовали как один, каждое движение отработано до мельчайших деталей, ничего лишнего. Ещё бы воевали так же, как маршируют. Хотя некоторые из них показывали себя неплохо, я даже увидел пару человек из тех, что тогда помогали нам обороняться.