— Принято. Продолжайте удерживать позиции. Что слышно насчёт города? — спросил я спокойнее.
— Не очень много, господин майор, — он задумался. — Кто-то говорил, что император погиб, что ему вообще голову оторвало.
— Слухи не обсуждать. Только конкретику.
— Ничего конкретного не слышали.
Можно было вернуться на крепость, реквизировав один из вертолётов, но я пока оставался на позициях. При необходимости объявлю высадку и встречу внизу. Вдруг крепость решит снова сесть, надо будет всё оборонять.
Помимо десантников, диспетчерскую вышку охраняли вооружённые гвардейцы, но меня они пропустили без лишних вопросов.
— Господин майор, вам известно что-нибудь? — спросил один из них, самый высокий, с лычками сержанта.
Я его узнал, он был с нами в одном бою, мы тогда удерживали позиции рядом с кинотеатром, и он подстрелил огнемётчика. Умелый снайпер, кстати, ещё и внук командующего РВС Огрании Загорского.
Но гвардейцы и сами не понимали, что случилось.
— Держите позиции и ждите приказов, — распорядился я. — Вам есть о чём доложить?
— В столовой несколько офицеров из армии Дискрема, — сказал сержант и показал направление. — Они были с Его Императорским Величеством на крепости, но он не стал брать их в город. Его Величество запрещает их трогать.
Вот же дрянь, иностранцы на секретном объекте. Сейчас особенно их нельзя никуда пускать, да и вдруг они тоже замешаны?
— Никуда не выпускать, — приказал я. — Если спросят, задержаны или нет, скажите — что мы не можем допустить, чтобы гости императора оказались в опасности. Поэтому пусть сидят там.
— Есть!
— Обеспечить мне связь с крепостью, — приказал я радистам, крутившимся внутри.
Личную связь с командованием мне организовали быстро. Меньше, чем через минуту, я уже держал в руках тяжёлую металлическую трубку. Канал с крепостью прямой, им пользуются для посадки, но всё равно надо соблюдать правила безопасности.
Вскоре я услышал спокойный голос генерала Рэгварда:
— А, вы уже здесь, — проговорил он задумчивым голосом, искажённым через динамик трубки. — А мы на высоте. Вам приказано занять позиции. А ещё — запрещаю паниковать.
— Мы не паникуем. Ждём приказов, держим подходы.
Это самое разумное, что можно сделать в такой ситуации.
— Отлично. Внизу ещё были некоторые… — генерал задумался, тщательно выбирая слова. — Некоторые гости.
— Гости под охраной, чтобы с ними ничего не случилось.
— Рад, что вы поняли.
Отдав приказы, я стал изучать обстановку. Тем более в диспетчерской вышке персонал был разговорчивее, и сюда доходили слухи.
Вскоре я знал, что императору организовали встречу с батальоном внутренних войск, который принимал участие в боях с самого первого дня войны.
Тогда они по приказу своего командования зашли в центр города, где их и отрезали, но они держали оборону всё это время до вчерашнего дня. Император хотел их наградить за стойкость, собрал батальон целиком.
И в этот момент начался обстрел с самолётов, с ракет и пушек, прямо по площади, где столпились люди. Громов, якобы, погиб, среди личного состава и гражданских были огромные потери.
Не повезло им. Многие жители города пришли посмотреть на церемонию, ведь не все поддерживали сепаратистов. Некоторые вообще ждали, когда вернётся империя. И бойцов жалко, ведь там, как и везде, одни новобранцы-срочники. Пережили мясорубку, выстояв в окружении, но под конец многих достали.
Рано решили, что всё безопасно.
Ну а я держал позиции. Два взвода десанта на земле, плюс часть гарнизона базы, над которыми я принял командование.
По регламенту, императора должны были вернуть на борт в случае нападения, но раз крепость взлетела, то его доставят вертолётом. Два уже ждали на взлётной площадке.
Крепость поднялась на свою обычную высоту, и с земли её не видно, но она не уходила далеко. Одно из её тяжёлых орудий снова выстрелило куда-то на юг от города, и стёкла в диспетчерской вышке задрожали.
Это был заговор. Обстреляли императора, но почему они действовали в пределах дальности зенитных орудий крепости?
Но это могло быть частью плана — избавиться от исполнителей, которые знают слишком много. Подставили пилотов, чтобы после боя крепость перемолола все три самолёта. Выжить от такого огня невозможно. Вполне логично для заговорщиков.