— Всем раненым оказывается помощь, а с пленными обращаются так, как принято. И пока имперская армия и приданные им войска окраин совершают военные преступления, зверски уничтожая мирное население, бойцы самообороны Инфиналии поступают с оккупантами согласно законам и совести.
— Так и есть, — хрипло сказал бородатый командир пустынников, выходя вперёд. — Всем пленным обещано достойное обращение.
— Хотите что-то сказать противнику?
— Да! — бородач посмотрел в камеру. — Сдавайте оружие! Вами правит самозванец. Вы воюете не на той стороне. А мы сражаемся за правду. Уходите из нашего дома. Ведь враг — уже в вашем.
Камеру выключили и начали убирать, а командир улыбнулся. Стало видно улыбку с золотым зубом, но она казалась слишком хищной.
— Всё, проваливай, — грубо сказал он мужику в гражданском.
— Я хотел снять тех, кто наверху и…
— Проваливай! Ты уже снял, что нужно, — пустынник посмотрел на наручные часы. — Скоро крепость начнёт стрелять. А если она попадёт сюда, то от тебя останутся только ошмётки и говно.
Мужик в гражданской одежде нервно сглотнул и торопливо ушёл с помощником, забрав камеру. Его притащили сюда из-за нас, чтобы показать пленных десантников.
Командир посмотрел на меня, потом на Штыка — раненого с перевязанными ногами. Он ещё жив, других бойцов я не видел.
Мы были с ним только вдвоём. Штык был в сознании, его вытянутое лицо побледнело, парня била дрожь.
Вспомнил, как он просил парней помочь ему составить письмо домой без ошибок. И показывал мне снимок жены с двухлетней дочкой, которая родилась уже после того, как его призвали.
— Ну чё, северные псины, — сказал командир пустынников, — пора теперь заняться вами, как положено.
Он вытащил из ножен на поясе кинжал, очень большой, с изогнутым клинком, как у сабли, но заточенный с двух сторон. Блик света из маленького окошка под потолком отразился на острой стали.
— Будешь говорить? — спросил он у Штыка и с силой пнул в ногу. Тот застонал. — У тебя всего один шанс. Где ваши основные силы? Что вы делаете в этом районе?
Едва я подумал, что раненый будет умолять о пощаде, как тот скривился, сжал кулаки и крикнул:
— Да пошёл ты, крыса пустынная! Нихрена я тебе не скажу!
— Зря.
Штык заорал, когда пустынник склонился над ним и воткнул кинжал ему в живот.
— Ах ты гад, — прохрипел я и начал подниматься.
Меня держали двое, с трудом, будто я не был ранен. Или злость дала мне сил.
Штык издал ещё один вопль. Я не видел, что делает командир пустынников, мне были видны только перевязанные ноги парня, которые дёргались.
Наконец, Штык затих, а бородач повернулся ко мне. Кинжал был измазан кровью, но на форму не попало ни капли. Научился резать, и это явно не первая жертва.
Ему конец. Мои кулаки сжимались, а тело, которому давно была пора умереть, сопротивлялось. Они едва меня держали.
В голове билась какая-то мысль. Странное чувство, будто что-то изменилось. Но это не связано с раной.
Тот дух, он исчез или…
— Давай-ка тащи остальных, — пустынник шёл ко мне, поигрывая кинжалом. — А их капитан пусть смотрит и…
Я напряг все силы и вырвался.
Но вместо того, чтобы выхватить нож из ножен на поясе одного из пустынников, я вытянул вперёд правую руку.
Будто знал, что нужно сделать.
— Отпусти! — бородач замер на месте.
Я взмахнул рукой несколько раз… но взмах был странный, медленный, будто я что-то держал в кулаке.
Или кого-то…
— Пусти! — взмолился он.
Но было поздно.
Что-то с силой подбросило командира пустынников и ударило о потолок, пол и швырнуло в стену. Только кости хрустели, когда он ударялся.
Это я сделал⁈ Но как?
Командир пустынников застонал и попытался подняться, но заорал от боли, ведь все его конечности были сломаны.
Один пустынник начал отползать, тяжело дыша, а другой сел на задницу и уставился на командира, вытаращив глаза. Меня больше никто не держал.
Тот, что отползал, показал на меня пальцем.
— Небожитель! — завопил он во весь голос. — В подвале Небожитель! Убейте его!
Я поднял обе руки, и голова вопящего резко и с хрустом повернулась. Он наверняка успел увидеть собственную спину перед смертью.
Но остальные услышали крик, и сюда бежали ещё враги. А я готовился их встречать.
Значит, убиваете моих бойцов? Вот за это вы отплатите, гады.
Глава 2
Мы там, где враг не ждёт
Девиз императорского разведкорпуса
— Что там у вас? — раздался крик сверху. — Чё ты там орёшь?