— А вот об этом, — сказал я хриплым голосом, — а вот об этом ты будешь молчать, Павел.
— Есть, — промычал он.
— Запроси доклады о потерях, — велел я радисту, который не слышал этот разговор. — И доложи в штаб — мы захватили переправу.
Глава 11
Таким образом, несмотря на свои неоднозначные поступки, Небожитель Таргин Великий за свою сверхъестественно долгую жизнь стал одним из самых значимых правителей в мировой истории…
Его достижения не пытались отменить, а императоры династии Громовых строго следили, чтобы сохранились его памятники. Ведь Таргин Великий — неотъемлемая часть истории империи…
«Жизнеописание Таргина Великого», полное собрание в 56 томах, том 56 часть 4
— А тебе, командир, разве не надо с ними? — спросил Ермолин, кивнув в сторону уходящих грузовиков. — Ты так-то тоже ранен.
— Пока такой возможности нет, — ответил я. — Батальон на позициях, передать некому, никого не прислали.
Да и не так плохо я себя чувствовал, чтобы прямо сейчас отправляться в госпиталь. Хотя рано или поздно придётся, рана всё равно никуда не делась, пусть даже не беспокоит. Лучше её залечить, если представится возможность, а то может подвести в ответственный момент.
Мост Таргина Великого, стоящий у разрушенного банка, трясло. С самого утра он загружен по полной, войска использовали переправу вовсю.
Только что проехали несколько санитарных грузовиков — на их обтянутых брезентом кузовах были нарисованы белые круги с красной точкой внутри.
Они увозили наших раненых: десантников и бойцов РВС, что воевали вместе с нами. Тут те, кого ранило ночью, и те, кто несколько дней терпел боль и мыкался по подвалам. Один из парней с перевязанной головой смотрел на нас из кузова.
Пропустив эту колонну, по мосту вновь пошли войска. Несколько танков Т-12 новейшей модификации пронеслись мимо, обдав нас гарью. Ехали быстро, торопились на юг, где инфы предприняли контратаку, чтобы выбить имперцев с новых позиций.
Положение походное, танкисты смотрели на нас из открытых люков со странным выражением на лицах. Они ещё чистенькие, не замазались, и танки со свежей краской, даже не покрыты грязью.
Следом ехала пехота на бронемашинах и грузовиках, колонна была ещё больше.
А в небе над нами с громким рёвом пронеслось звено реактивных самолётов, и вскоре на юге раздались взрывы.
— Хоть бы не на наших сбросили, — очень тихо пробормотал Шутник. — Хоть бы не на наших.
ПВО в городе подавлено, радары уничтожены, и самолёты показывались в небе постоянно. Значит, и крепость скоро подлетит ближе. Некоторые самолёты как раз были либо из сопровождения крепости, либо базировались на ней самой.
Командование ввело в город новые силы и, по слухам, завершило окружение на юге. Так что, возможно, исход штурма скоро будет предрешён, но инфы продолжали яростно драться.
Хотя мы с офицерами думали, что генерал Салах велит прорываться и отступать в пустыню на юг. Туда не пройдут наши танки, и крепость не полетит, и в этой пустыне он может обороняться долго.
Правда, в таком случае, большая часть Инфиналии вернётся империи, и от их мятежа будет мало толка.
Но нам пока не поступало команды отходить или выдвигаться на новые позиции. Штаб велел нам закрепиться у переправы, этим мы и занялись.
На окружающих дорогах мы расставили блокпосты, которые заодно следили, чтобы никто не атаковал колонны в нашем секторе. Бойцы занимали уцелевшие здания, переносили пулемёты, готовились отбивать возможные нападения.
Некоторые фотографировались на фоне сгоревшей боевой ригги.
— Подвиньтесь-ка, — в кадр к танкистам влез Шутник. — Потомки должны запомнить героя.
— Тебе здесь даже не было, — возмутился рыжий наводчик.
— А я за вас болел, это тоже считается.
Утром стало видно, насколько боевая машина была стара: бронеплиты покрыты ржавчиной, а орудие главного калибра вообще с дырой от коррозии прямо в стволе.
Поэтому чудовищная пушка и не стреляла, обходилась только вспомогательными. Хотя эти вспомогательные орудия как раз и были заточены против пехоты и танков.
— Модель «Катафракт», — с видом знатока произнёс Зорин, с интересом оглядывая шагающую машину. — До чего же древняя. Но потрепала пацанов.
— Там должна быть свеча духа предка, — вспомнил майор Варга. — Где-то в кабине.
— Велю достать, когда всё остынет, — сказал старшина Ильин. Он щурил глаза и прикрывал их ладонью от солнца, пока смотрел наверх. — Там всё ещё пекло, господин майор, игниум до сих пор плавится.