— Капитан Ермолин, императорский разведкорпус, — произнёс здоровяк. — А это — капитан Джамал, мой товарищ, который сейчас будет нудеть, что мы тратим время впустую.
— Тише, — с сильным выговором сказал смуглый, жуя спичку. — Эта летающая штуковина сейчас развернётся к нам другим боком и продолжит хреначить из своих батарей.
Выговор у него своеобразный, он чётко и тщательно проговаривал все звуки, даже глухие, не проглатывая окончания.
— Во-во, — Ермолин закивал. — Вам надо валить, парни.
А вот Ермолин явно из наших краёв, понятно по фамилии и внешности.
Значит, разведчики. Императорский разведкорпус — это спецвойска имперской армии, элита. Разведчики и диверсанты, действующие в тылу врага небольшими группами.
Наш десант по традиции в основном состоит из северян, а в разведкорпусе были выходцы со всей империи.
Я не удивлён их встретить, конечно, у них здесь много задач. Ведь если к северу отсюда в небе болтается крепость, то в самом городе нужно уничтожить любые намёки на ПВО и истребительную авиацию.
Ведь пока в городе ПВО, то крепость не может подойти ближе или использовать свои самолёты. Именно они считаются основным оружием крепости, а не огромные пушки.
Разведчики редко взаимодействуют с армейцами, у них свои задачи. И всё же пришли на помощь. Или захотели выручить, когда оказались рядом, или по какой-то другой причине.
Но всё равно нужно запросить у них ещё помощи, ведь нас осталось пятеро, почти все ранены, а один не может идти. А мы обязательно должны вернуться.
— Вы услышали бой и пришли? — спросил я.
— Да возвращались на базу, и тут прибежал к нам один ваш солдатик, — усмехнулся Ермолин. — Вычислил нас как-то, увидел, сразу понял, кто такие. Хитрый такой, на крысёнка ещё похож, зубки торчат, — он оскалил свои кривые зубы.
— Крыся это, — картаво произнёс Шутник, занимаясь раной Музыканта.
— Говорит, что его командир в окружении, сухари, гады, обложили. Помогите, говорит, ведь там какие-то важные сведения есть из штаба пустынных гадов. Очень важные. А мы же разведка, это наш профиль.
— И где он? — поинтересовался я.
— Я думал, уже здесь, к вам вернулся, — Ермолин огляделся. — Он так-то тоже постреливал, и неплохо. А куда делся?
Крыса не было, он ушёл, но вызвал для нас помощь, причём серьёзную. Это было частью плана или он импровизировал?
Кто он такой на самом деле — надо разбираться, но я не сомневался, что рано или поздно Крыс выйдет на связь. Надо же ему убедиться, что со свечой всё прошло как надо.
— Время, — напомнил Джамал. — Давайте сведения, мы их увезём и доставим в штаб. Мы захватили транспорт местных, сможем проехать быстро.
— Возьмите моих бойцов, — сказал я.
— Извиняй, командир, — Ермолин развёл руками. — Мы отходим. Но если сведения важные — передадим обязательно. Мы же на одной стороне.
Пока говорил, Шутник собирал оружие, а Гвоздь — личные жетоны с павших. Я остался наедине с разведчиками.
— Нужно как можно быстрее связаться со штабом, а наш батальон ближе всего, и там есть радиостанция, а у вас, похоже, её нет, — твёрдо произнёс я. — И без нас вас могут расстрелять на подходе — вы не знаете наши пароли. Да и надо убедиться, что всё дойдёт.
— Мы к своим поедем, дольше, но надёжнее, — они оба переглянулись, и Ермолин продолжил: — Нет, командир. Понимаю, что ребят хочешь вытащить, но не можем.
— Уходите отсюда, пока они снова не полезли, — сказал Джамал. — А что надо — передадим.
Они не подчиняются десанту, да и звания равны. Но мы на одной стороне, и у меня было то, что поможет их убедить. Пока ещё есть несколько минут.
— Почему крепость стреляет по этому району, как думаешь? — спросил я.
— Потому что связи нет, само собой.
— Потому что штаб поменял коды, пароли и позывные, — сказал я. — Ещё вчера. И мы не можем с ними связаться.
— Ха, как обычно, — Ермолин хмыкнул, а его товарищ начал нервничать. — А ни вам, ни нам этого не сказали.
— Не только поэтому. В штабе вражеский шпион, и он сделал всё, чтобы мы эти коды не получили. Зато они есть у пустынников, самые свежие. И те передают в наш штаб свои отчёты, как им выгодно. А штаб им верит, ведь коды действующие.
Ермолин замер, а Джамал выронил спичку изо рта.
— Вот же срань, — проговорил Ермолин. — Бардак, сука, и не проверили.
— Там целую операцию провели. И в штабе думают, что мы побеждаем, — продолжал я. — А пустынники закрывают ловушку для всей группировки в центре. И завтра нанесут удар, когда начнут подрывать мосты в одно время. А сейчас — наводят крепость на этот район, да сами под неё попали. У них тоже бардак.