— Пора! — Николай коротко выдохнул.
Они с Мишкой снова сложили ширму, отчего она стала втроеу́же — что, конечно, должно было облегчить Скрябину задачу. А потом, всё таким же манером — при помощи своего дара — бывший старший лейтенант госбезопасности стал повторно поднимать в воздух имущество княгини Анастасии Николаевны.
Он и Мишку попытался бы поднять наверх вместе с ширмой, но знал законы физики: это было бы совсем не то же самое, что опускать некий груз на землю.
Лара перестала подбирать юбки только тогда, когда впереди уже замаячила башня — возле входа в которую дежурило двое часовых. Да и внутри, в каком-нибудь караульном помещении, их наверняка набралось бы не меньше десятка. Но пока что значения это не имело.
И одновременно с тем, как Лара привела в приличествующий вид своё платье, Самсон прекратил трясти бутылки с шампанским «Вдова Клико», которые он нёс в обеих руках. Это очень недешевое вино, которое только-только появилось к тому времени на европейском рынке, было взято из личных запасов Григория Алексеевича Щербатова. Но использовать сей напиток по назначению никто не собирался.
Лара и Самсон двинулись прямиком к двоим караульным, и девушка заметила, как у тех одновременно напряглись лица. В красноватых отсветах факелов французские солдаты показались Ларисе похожими на зловредных гуронов из романов Фенимора Купера. По крайней мере, сама она именно так их себе представляла.
Мнимые гуроны почти синхронно шагнули вперёд, держа на изготовку мушкетоны с примкнутыми штыками. И Лара сумела разглядеть: на этих двоих была кирасирская униформа: в свете факелов блеснули медные гребни на их касках и стальные кирасы. Впрочем, увидев, что Ларин спутник облачен во французский мундир, и что идёт он всего лишь в сопровождении девушки, эти двое слегка расслабились.
Лара изобразила самую лучезарную улыбку, на какую только была способна. И понадеялась, что горничная княжон Щербатовых, которая покупала для неё готовое платье у дорогой модистки, не ошиблась с выбором. Теперешнее Ларино одеяние должно было выглядеть одновременно и роскошным, и вызывающим. Таким, какое пристало бы даме полусвета. Приличные барышни не прогуливаются по ночам в компании пьяных французских солдат. А именно опьянение Самсону и предстояло симулировать: чтобы не пришлось ничего говорить. Французский язык для Давыденко было примерно то же самое, что наречие туземцев маори, населяющих Новую Зеландию.
— Они смотрят на нас — улыбайтесь как можно шире, — двигая одним лишь уголком губ, выговорила девушка.
И в этот момент заметила, как со стороны Земляного вала метнулась к башне что-то вроде прямоугольной тени. Лариса знала: именно там должны были находить сейчас Николай и Миша. Но — что именно они могли запустить в воздух, она не могла себе представить. Да и не время сейчас было думать об этом.
И она крикнула по-французски — очень радуясь тому, что от неё не требуется идеальное произношение:
— Excusez-moi, messieurs! Mon fiancé veut du champagne pour fêter nos fiançailles.
«Прошу прощения, господа! Мой жених очень хочет выпить шампанского, чтобы отпраздновать нашу помолвку».В слово «fiançailles» — «помолвка» — она вложила всю иронию, на какую была способна.
Самсон, как они и условились заранее, усиленно закивал при этих её словах, хоть наверняка ни бельмеса не понял. А Лара тем временем продолжала:
— Mais il ne peut pas ouvrir les bouteilles. Pourriez-vous nous aider?
«Но он не может откупорить бутылки. Не могли бы вы нам помочь?»
Самсон, не дожидаясь, ответят ли что-нибудь стоявшие на часах кирасиры, шагнул вперёд. Опять же — это они обговорили загодя. И в этот самый момент Лара заметила: парившая в воздухе прямоугольная тень приблизилась к башне вплотную, а потом резко взмыла вверх. Но не к са́мой верхней её части, где находилась когда-то обсерватория Якова Брюса, а к третьему этажу — к бывшим помещениям Школы математических и навигацких наук.
Французские кирасиры чуть приподняли стволы мушкетонов — иначе Самсон, шагнувший к ним, запросто мог бы напороться на штыки. Не переставая лыбиться, он протянул часовым свою ношу, а потом вдруг покачнулся — как если бы зацепился носком сапога за ступеньку крыльца. И обе «Вдовы Клико» выскользнули у него из рук и об эту ступеньку ударились.
Лара взвизгнула и отпрыгнула в сторону — ей даже играть ничего не пришлось! От сдвоенного грохота, который издали взорвавшиеся бутылки, у неё заложилось уши, а весь подол её полусветского платья мгновенно окатило пеной, источавшей густой виноградный аромат. Но девушка всё же успела бросить короткий взгляд вверх — и увидела, как прямоугольная тень исчезла в одном из сдвоенных окон третьего этажа Сухаревой башни.