— Почувствуй себя старым, — усмехнулся Николай. — Я-то эти дела уже студентом застал, даже историю КПСС еще сдавал на первом курсе… и в августе три дня на баррикадах… ладно, это все лирика. А ваши родители тоже на комбинате работали?
— Отец инженером был, а мама библиотекарем. Единственная библиотека у нас в городе была, закрылась в начале девяностых. А вскоре и мама умерла.
— Сочувствую. Рак?
— Сердце. Ее можно было вылечить, в Европе делают такие операции, да где ж нам деньги взять на Европу… да и не выпустили бы ее.
— Почему?! Простого библиотекаря?
— Так библиотека тоже при комбинате была. Не на территории, в городе, но ему подшефная, и какие-там фонды для служебного пользования имелись. Мама говорила, там старье какое-то дореволюционное еще, а туда же — секреты. Опять же и муж — секретоноситель. Его же хлебом не корми, дай через умирающую жену тайны в НАТО переправить… так ведь они рассуждают, — в голосе Марины не было ни гнева, ни даже особой скорби. Что-то вроде констатации средневекового крестьянина «вот рожь в запрошлом годе не уродилась, пришел град и все побил». Стихия, мол, что с ней поделаешь.
— Понятно. И вы все равно пошли работать на комбинат.
— Ну а куда ж еще.
— Как это куда? Страна большая, а мир еще больше.
— Ох, можно подумать, кто-то в этом мире нас ждет… Люська, подруга моя, вон Москву вашу покорять поехала. Училась, между прочим, неплохо. Не отличница, но… Допокорялась, дальнобойщиков ублажала на Минском шоссе… есть у вас там такое?
— Есть.
— Ну вот. В итоге ее в канаве задушенную нашли, и все тело в ожогах и порезах. В закрытом гробу хоронили.
— Да уж… Ну ладно, а отправкой готовой продукции вы занимаетесь?
— Что вы понимаете под готовой продукцией?
— Ну как — то, ради чего существует комбинат Марина сделала паузу, потом тихо сказала:
— Оно никуда не отправляется.
— В смысле — сейчас не отправляется? Хотя ваш Червяк мне сказал, что менее процента комбинат все же производит…
— Вообще не отправляется. И думаю, что и не отправлялось никогда.
— Я слышал о том, что грузовики с комбината всегда идут порожняком, — медленно произнес Николай, — но, я так понимаю, это все же городская легенда. Как рассказал мне кое-кто из шоферов, иногда эти грузовики все же загружаются какими-то ящиками и везут их на станцию.
— Да. Но это побочный продукт. А то, ради чего существует комбинат, никто никуда не везет.
— И что же это? — спросил Николай внешне небрежно, не смея поверить, что вот прямо сейчас и получит ответ.
— Я могу рассказать вам… кое-что интересное, — сказала Марина, заглядывая ему в глаза. — Но вы должны обещать, что поможете мне. Собственно, ради этого я согласилась на встречу с вами.
— И какая помощь вам требуется?
— Собственно, даже не мне… помощь нужна Мише. Проблема в том, что он сам отказывается это признать.
— Алкоголь? — понимающе кивнул Селиванов.
— Да. И не только.
— Сочувствую, — Николай снова кивнул, — но у меня, к сожалению, нет знакомых наркологов.
— Нет, вы меня не так поняли! — торопливо возразила Марина. — Я не имею в виду, что он спивается. Нет… пока, во всяком случае, нет. Я про этот его… «проект», как вы выразились. Его надо остановить! Он сам не понимает, во что ввязывается. Точнее, во что его втягивает этот бандит Вовка. Его же просто убьют, сделают крайним и убьют!
— Да, местные водочные бароны могут… А Вовка что, в самом деле бандит, или это фигура речи?
— Он сидел за убийство в девяностые. Правда, ему это оформили как превышение пределов самообороны. Сам он говорит, мол, за девушку заступился. Да знаем мы, какая там девушка… такие «девушки» за бутылку любые показания дадут. А грохнул он типа, с которым бизнес не поделил, тот тоже, в общем, уголовник был… Там, на зоне, и с Джабиром этим чертовым познакомился. А Мишке что? Он, говорит, мой друг детства, я его со школы знаю… в смысле, когда он еще сам учился, а не преподавал… от хулиганов, говорит, меня защищал… Да мало ли кто кого защищал тридцать лет назад! С тех пор уж такие друзья друг другу глотки перегрызли…
— Погодите. Кто такой Джабир?
— Да он теперь тоже при клубе околачивается… гость с солнечного Юга. Как я понимаю, они с Вовкой на пару весь этот план и разработали. И ладно бы еще только водочный рынок под себя подмять… но Джабир же тут героиновым королем стать хочет. У него каналы поставки налажены из Средней Азии, но чтоб ему здесь закрепиться, сначала местных водочных выбить надо, а на это у него кишка пока тонка. Им с Вовкой Миша нужен только чтобы прикрытие для этого дела получить через его знакомого ФСБшника, а там мавр сделал свое дело… Мишу подставят и грохнут, его убийц посадят, вся местная водочная шобла пойдет как заказчики и сообщники, ментам лишняя лычка за раскрытие оргпреступности, ФСБшникам откат, клубу репутация. И все, рынок зачищен и свободен.