18. Все только начинается…
Всё, что тебя касается,
Всё что меня касается
Всё только начинается, на-чи-на-е-тся…
Из реп. гр. «Звери»
Выйдя из маршрутки, я направилась к дому через небольшую аллейку, что вела к нашему двору, вокруг гуляли собачники, носились на самокатах дети, еле кряхтя передвигались старушки с полными сумками. Ступив в зелень нашего двора, я вздрогнула, так как в окне второго этажа мне показался знакомый профиль Никсона. Впрочем, отмахнувшись от глупой фантазии, я приблизилась к подъезду и, приложив ключ к домофону, открыла дверь, вошла внутрь. Миновала холл с почтовыми ящиками и двинулась к лифтам, как чья-то рука втащила меня на лестницу.
– Нет, – вытолкнула я одно лишь слово, когда испуганно устаивалась на Никсона, но крепко держал меня в кольце сильных рук не он.
– Наконец-то, мы тебя уже заждались, – облегченно произнес Никсон.
– Мелиса, – дыхнул мне в затылок Чекист.
– Мы знакомы? – деланно удивилась я.
– В некотором роде, – отреагировал Никс, принимая правила игры, его рука, как и Чекиста, скользнула ко мне на талию.
– Люблю девушек с фантазией, – шепнул горячо мне в ухо второй парень и куснул за шею, словно откликаясь вчерашними ощущениями, где-то внизу живота у меня зарождалось тянущее ноющее желание продолжения.
– Может тебе напомнит это, – усмехнулся Никсон и, взяв меня за подбородок, он повторил вчерашний самый первый поцелуй.
Я потеряла голову, хотя у меня был заготовлен целый список претензий, (к Никсону особенно), но я безвольно подчинилась его желанию, целуя в ответ. А когда отстранилась, поняла, что рука Чекиста, ловко справившись с застежкой джинсов, орудовала внизу.
– Ты без трусиков? – усмехнулся он. – Так возбуждающе.
– Грязная девчонка, – вторил Никсон ухмыляясь.
– Перестаньте, – попыталась вырваться я и выдохнула (Я уже говорила, этот парень одними только пальцами творит чудеса).
– И что мы скажем в свое оправдание, – допытывался тем временем Никсон.
Я огляделась по сторонам.
Стоит кому-нибудь зайти в подъезд и…, но парни были настроены решительно. А трусиков я не надела, потому что попросту их не нашла. Обыскала все в ванной и даже в корзину для белья заглянула, не было их.
– О, как вовремя вы вспомнили о моем существовании, – разразилась я гневной речью. – Идите вы на фиг оба.
Вместо этого Никсон, расстегнув мою куртку, отогнув вырез кофты, проворно забрался в чашку лифчика, обхватив грудь ладонью, легонько сжал, и принялся теребить уже вставший сосок.
Черт, я вся напряглась и внутренне сдалась.
– Нет малышка, Мелиса, от нас ты теперь вряд ли отделаешься, - тусмехнулся Чекист, усиливая нажим и сменяя ласкающие движения на более сильные, порывистые, неприличные. Я снова всхлипнула, чувствуя, что развязка близка, а этот наглец, обхватив меня за шею, прижал к себе, врываясь в мой рот, повторяя те же движения языком, что и пальцем. Никсон продолжал ласкать рукой грудь, нежно покусывая шею.
– Тем более мы реализовали еще не все наши фантазии. Кое-кто нам задолжал, – усмехнулся Чекист.
Он наконец-то прекратил терзать мой рот, и я упала на грудь Никсона, вместе с этим пришла развязка, я тяжело задышала, цепляясь за куртку Никсона, и всхлипнула, подавляя стон наслаждения.
– Гады, – прошипела я, – ненавижу вас.
Но подрагивая все телом, я все сильней жалась к Никсону.
– Жаль, – прошептал мне на ухо Чекист. – Ведь мы от тебя без ума, Малышка.
– И, потом наша Золушка кое-что забыла, – усмехнулся Никсон, убирая прядь волос, выбившуюся из хвоста мне за ухо и доставая из кармана мои трусики.