– Что вообще не пьешь? – удивился он, отставляя бутылку.
– Почему же, пью, но сегодня нет желания.
– Из-за этого? – догадался парень и кивнул в сторону Крота.
«Не твое дело» – хотелось грубо рявкнуть ему, но я только гневно сверлила его взглядом.
– Ох и глазища, – восхищенно отреагировал он.
Похоже мой фирменный уничтожающий взгляд произвел на него несколько иной эффект.
– Так и смотрел бы, только опасно.
– Почему это? – не удержалась от вопроса я, и прозвучал в нем такой вызов, словно бы я надеялась на обратное.
– Потому что это может закончиться спальней, – подмигнул он.
Вот нахал! Но, черт возьми, красивый нахал.
С виду такой суровый, мрачный, как и большинство заткнувшихся наушниками с утра в маршрутке. Но взгляд у него – прямо до самой сути прожигающий, такие бывают у горячих кавказских парней. Хотя он не был похож на типичного горца, в нем, тем не менее, угадывалась примесь южных национальностей. Как только он появился в комнате, уже тогда я оценила его рост, стать, фигуру – типичный перевернутый треугольник – крепкие плечи, кубики пресса, проглядывающие чрез плотно обтягивающую его футболку, узкий таз. Одним словом, мужчина-картинка.
Пришла в себя я от сказанного, когда с другой стороны Никсон попытался налить мне вина в стакан.
– Никс, у меня нет настроения, – накрывая стакан рукой отозвалась я, демонстративно отворачиваясь от неизвестного мне красавчика.
– Может быть тогда чего-нибудь покрепче? – подмигнул парень.
Я покачала головой.
– Ну, Гучи, – протянул Никс. – Не грусти.
Что тут скажешь? Приятно, когда человека волнует твое настроение, когда он не отмахивается дежурным «не накручивай себя», а действительно переживает. Ну тут Никс добавил:
– Тем более, сегодня ты такая аппетитная. Уверен, Крот себе сейчас все локти искусает.
– Никс, ты не исправим, – усмехнулась я.
– Какой есть, – пожал плечами он, сверля глазами мою грудь.
– Эй, – возмутилась я, отвешивая ему шутливую пощечину, и снова прикрыла декольте кофты палантином.
Никс захохотал.
– Может совсем чуть-чуть, Гучи? Для настроения. Домой отвезу, приставать не буду, ты же меня знаешь.
– Знаю, – усмехнулась я. – А хотя мог бы.
– Что прям сейчас? – воскликнул Никсон и, обвив мою талию рукой, притянул к себе.
– Щекотно, дурак, – сквозь смех проговорила я, отстраняясь.
Белка сверлила нас сердитым взглядом.
Странно, разве сама она не просила меня развлекать ее бывшего, а теперь как всегда ревнует? Что за человек, а?
Кивнув головой в сторону, мол, выйдем, Белка встала, я тоже поднялась и направилась за ней. У нее было такое решительно выражение лица, что я ожидала наездов или драки, как минимум. Но оказавшись в коридоре, подруга умоляюще воскликнула:
– Слушай, поменяйся местами со мной, пожалуйста.
– Что? – опешила я.
– Ну ты сядешь с Гаем, а я …
– С Никсоном? Ты же сама просила, что бы я Никса весь вечер развлекала. А теперь хочешь сесть с ним рядом?
– Да не с ним, с Чекистом.
– С кем?
– Ну тот парень, что слева от тебя сидит, – нетерпеливо объяснила Белка. – Этот альфач, ох, Гучи, я от него тащусь.
–А-а-а, – протянула я, – ну ладно.
На Чекиста я не претендовала и, несмотря на его шуточки по поводу взгляда, я прекрасно понимала, что за столом есть более интересные для него девушки.
– Гучи, ты прелесть, – просияла Белка, кидаясь мне на шею.
Пока нас не было, Гай пересел ближе к Никсону, и я оказалась рядом с Тоськой. Точнее между Тоськой и Гаем. Так себе перспективка.
Тоська, эдакая стереотипная местами хабалистая пампушка неизменно есть в любой компании. Вы ведь наверняка тоже с такими встречались. Веселые бодипозитивщицы, без вот этой бесячей зацикленности худышек на строгих диетах. Они не отрицают, что у них есть лишний вес, но и проблемы вселенского масштаба из этого не делают. Много шутят и у них это получается, смеются над собой, смеются над другими и хотя порой перегибают палку в насмешках, на них сложно долго злиться. Любое веселье без таких не веселье, и пьянка – не пьянка. Выпивают они, кстати, наравне с мужчинами, а иногда даже и больше. И сесть с такой рядом на гулянке – охренительный стресс для печени. Да, Тоська как и все была в курсе моего отношения к алкоголю, что в ситуациях с другими трезвенниками ее никогда не останавливало.