В китайской действительности потеря лица порой бывала хуже смерти.
Алексей уже давно придумал, как успокоить Чана, но вмешиваться не спешил. Он исходил из простой армейской мудрости: образцово-показательная выволочка еще никогда никому не повредила, мало того, крайне полезна для поддержания личного состава в рабочем тонусе. А во-вторых, все промахи китайской стороны, как бы это странно не звучало, работали на него, убедительно доказывая, что без великого полководца Лана и советских товарищей, все затеи Чан Кайши быстро накроются медным тазом.
Чан не собирался успокаиваться, даже наоборот, все больше распалялся, его рука уже теребила застежку кобуры, Лекса начал подумывать вмешаться, дабы предотвратить смертоубийство, но тут в кабинет ворвался командир одной из «групп захвата» и радостно сообщил, что, наконец, поймали «подлую русскую змею».
Чан все-таки отвлекся, но как чуть позже выяснилось, поводов для радости было очень мало. Оказывается, Екатерина фон Дюккер пробовала сбежать, при задержании ожесточенно отстреливалась, а когда поняла, что уйти не получится, сначала убила своих детей, а потом попыталась застрелиться сама, но последний патрон дал осечку.
Выглядела остзейка жутко: в разорванном платье, с растрепанными волосами, безумными глазами и почерневшим лицом — она была похожа на настоящую ведьму.
— Ненавижу… — сосредоточенно причитала она речитативом. — Твари, твари, ненавижу мразей, быдло, нелюди…
Допросить ее не получилось, фон Дюккер только истошно выла на одной ноте и напрочь не воспринимала окружающую действительность.
Судя по всему, она просто сошла с ума. Лекса от отвращения едва не сплюнул, приказал убрать женщину, а сам аккуратно взял Чана под руку, увел обратно в кабинет и там спокойно ему заявил:
— Ваш гнев праведен, мой друг, я с вами полностью согласен, однако я прошу дать вашим людям еще один шанс. Уверен, они загладят свою вину пред вами. А наш долг, шаг за шагом идти к намеченной цели, невзирая на трудности. Не вижу никаких причин менять наши планы. Никто и ничто не сможет нам помешать. Угрозу со стороны русских эмигрантов мы фактически устранили, пора заняться остальным.
Чан внимательно посмотрел на Алексея и с благодарностью кивнул.
Лекса поблагодарил его сдержанной улыбкой и продолжил:
— Господин Дай Ли, нам необходимо, чтобы вы аккуратно и незаметно изъяли этого Сайто Сато. Вы согласны со мной, господин генерал?
Чан опять быстро кивнул.
Алексей строго поинтересовался у контрразведчика.
— Вы способны это сделать?
Дай уважительно поклонился.
— Все будет исполнено, господин генерал. Уже сегодня вечером он предстанет пред вами.
Алексей в очередной раз исполнил кивок.
— Я надеюсь на вас. Уже исходя из беседы с этим японцем, мы построим свою стратегию в отношении японской стороны. Повторюсь, действуйте аккуратно, в наши планы пока не входит окончательно портить отношения с ними. Всему свое время. Теперь о «зеленых». Не вижу поводов менять наши планы в отношении этих мерзавцев, так как их преступную связь с британскими варварами и умысел на вредительство в отношении государственной власти, считаю полностью доказанными. Действуйте…
— Мой добрый друг, — Чан озадаченно повел головой. — Все за что вы беретесь, просто обречено на успех. Признаюсь, сегодняшний день меня просто вывел из себя, но вы очень быстро навели образцовый порядок.
— Да-да, а еще я самый красивый, — хохотнул Лекса. — Ни в чем не сомневайтесь мой друг, я рядом и всегда поддержу вас. Сомнения самая худшая черта в человеке. Зеленая банда достойна уничтожения, хотя бы только потому, что она посмела мнить о себе, как о государстве в государстве. Остальные, британцы, японцы и прочие варвары, смелые и дерзкие ровно настолько, насколько мы позволяем.
Успокойтесь и займитесь государственными делами. А мне сейчас предстоит разбираться со своими идиотами. Представьте, всех кого сегодня задержали, они уже успели объявить государственными преступниками и требуют их вывезти в Россию для суда. Даже почтенного священника, отца Игнатия. И да, прикажите своим, пока не трогать этого Мезенцева. Пусть посидит в камере, подумает о своей судьбе, а мы с вами найдем ему достойное применение.
— Мы сегодня с вами ужинаем! — предупредил Чан. — А сейчас мне надо срочно успокоится, а вы действуйте от моего имени! Все мои люди в вашем распоряжении. К слову, в заведении мадам Фан великолепные массажистки, искренне рекомендую.
И быстро отвалил. У Алексея создалось впечатление, что вся эта суета с иностранными разведками его сильно тяготила. А скорее, Чан просто хотел переложить ответственность на «доброго друга».