Башни лодки с негромким жужжанием развернулись в сторону города, а через несколько секунд грянул оглушительный залп.
Лодка была вооружена всего лишь стопятимиллиметровым орудием и тремя трехдюймовками, не считая совсем уже мелочи, но Алексею залп показался необычайно громким, даже крытая тиком палуба задрожала.
Снаряды взорвались где-то в порту, точней рассмотреть не получилось, так как весь город уже был окутан дымом. Сказалось двое суток обстрелов, но долбили Нанкин щадяще, далеко не так, как Учан, по той причине, что в нем располагалось множество иностранных учреждений, вплоть до целых кварталов, где проживали американцы и европейцы. Еще задолго до штурма, Алексей получил указания из Москвы, максимально обезопасить иностранную собственность и ее владельцев.
Впрочем, на результат это почти не повлияло, бои уже шли в городе, а командиры милитаристов уже вовсю выторговывали у Чана милости.
Десант со стороны реки должен был поставить окончательную точку в вопросе Нанкина. Особого противодействия не ожидалось, так форты на берегах реки уже были захвачены.
Лекса кивнул сам себе, неодобрительно покосился на Есенина, вместе со своим помощником устанавливающими треногу с фотоаппаратом на баке, а потом посмотрел в бинокль на серые приземистые строения артиллерийского форта на противоположном берегу реки.
И в тот же момент, оттуда выплеснулся хорошо заметный язык пламени в облачке дыма, а через несколько секунд в полусотне метров от канонерской лодки с грохотом взметнулся высокий столб воды.
В борт ударила хорошо ощутимая волна, охрана ринулась заслонять генерала Лана своими телами, башни канонерки начали поворачиваться в сторону форта, но над ним сразу же взметнулось знамя Гоминьдана.
Капитан высунулся из рубки и покрыл всех в округе изысканными матюгами. Даже традиционная китайская брань в исполнении моряка отличалась специфическим флотским колоритом.
— Так их, кобыльих выпердышей… — Лекса едва не рассмеялся и одобрительно кивнул.
Капитан вежливо поклонился, исполнил на бис, после чего канонерка сбавила ход и ушла к фарватеру, ее орудия начали палить по порту беглым огнем, а баржи взяли курс к берегу.
Ответного огня почти не было, милитаристы отвечали в основном очередями пулеметов, но пули все равно иногда щелкали по броне. Алексей уже собрался загнать товарища Хуергая в рубку с его фотоаппаратом, как случайно заметил большую, богато украшенную моторную джонку, отваливавшую от берега.
В голове сразу всплыл хренов «генерал собачье мясо», так как он, по данным разведки, на момент штурма все еще оставался в городе. Конечно, на джонке мог оказаться кто-то другой, но интуиция Алексей сразу стала в стойку, как легавая собака.
— Капитан, — Алексей взбежал по трапу в рубку. — Накройте вон ту посудину. Мне кажется, на ней пытается сбежать кто-то важный.
— Мой генерал, считайте его уже кормом для рыб! — капитан поклонился и почти сразу же затявкали револьверные трехфунтовки Гочкиса.
Первые снаряды легли от джонки с большим перелетом, вторая серия с недолетом, а третья опять дальше, а вот четвертая подняла всплески прямо вокруг цели. Джонка окуталась густым паром, канониры радостно заорали, но тот же самый момент канонерку сотряс тяжелый удар, а возле ее правой скулы вспух высокий столб воды. Товарища Хуергая вместе с помощником и фотоаппаратом закинуло куда-то на корму.
Лекса сам едва не выпал за борт, в последний момент чудом ухватившись за леер.
Далее последовала непродолжительная суматоха, после которой капитан торопливо доложил: судя по всему, это была мина, но старого образца, маломощная, а канонерка хотя и потеряла ход, но течь уже устраняют.
Алексей зло сжал зубы, глянул на джонку, на которой уже поднимали паруса, после чего поймал взглядом паровой катер на борту.
— Спускайте катер. Я сам на нем пойду за ними. А вы продолжайте выполнять поставленную задачу.
Капитан откозырял и опять разразился чередой команд.
Лешка повернулся к своим «маузеристам».
— Ну что, догоним этого собачьего генерала с маленькой пипиской?
Охрана немедленно взорвалась дикими радостными воплями:
— Вансуй, вансуй, великий полководец Лан пожрет всех врагов! Отрежем собачьему генералу его маленькую пиписку!!!
Надо сказать, в охрану генералу Лану подобрали самых свирепых головорезов в гоминдановской армии и почти все они, неожиданным образом оказались маньчжурами. И очень гордились тем, что охраняют «своего» генерала.
К тому времени, как шлюпку спустили на воду и развели пары, все три десантные баржи тоже успели подорваться на минах, но не затонули, а сели на грунт, с них полным ходом шла высадка. Солдаты горохом сыпались с бортов, на ходу стреляя и вопя, по пояс воде бежали к берегу.