— Ваши люди закрыли вас собой. А потом приехали два броневика и всех негодяев убили из пулеметов. Никто из них не добрался до школы. Вы выиграли для нас время. Я все видела, это… это было страшно…
Сара закрыла лицо руками.
— Вас нашли под телами ваших людей. К счастью, мой муж — замечательный хирург, а у нас дома есть операционная. Уже потом перевезли сюда, в госпиталь. Гарри говорит, что вам очень повезло.
— Сколько я… — Лекса запнулся. — Сколько я пролежал?
— Уже четвертые сутки пошли, — быстро ответила Сара.
В палату быстрым шагом вошел пожилой полный мужчина в белом халате и шапочке на седых кудрях.
— Надо же! — он радостно хохотнул. — Вы прямо железный, молодой человек. Я Гарри Галлахер, врач хирург, муж этой очаровательной медсестры. К вашим услугам!
Он говорил по-русски довольно скверно, но, каким-то неожиданным образом, тоже с одесским акцентом.
— Можно мне встать? — сухо поинтересовался Алексей.
— Встать? — озадачился хирург. — Собственно, почему бы нет, если осторожно. Эти шлемазлы, как говорит моя Сарочка, вас очень качественно вспороли, но при этом, умудрились не повредить ни одного жизненно важного органа. Вся беда в очень большой потере крови…
Не дослушав его, Алексей снова сбросил ноги с кровати, а потом сам сел. Голова очень сильно закружилась, в правом боку полыхнула тупая боль, но при этом, он чувствовал себя довольно сносно. Хотя вставать на ноги все-таки передумал их-за того, что побоялся позорно упасть.
— Конечно, я восхищаюсь, вашей выносливостью, господин Лан… — Гарри Галлахер уважительно покивал. — Но, может, пока хватит? Сара…
По его знаку медсестра снова уложила Алексея, но, уже полусидя, подоткнув повыше подушку.
— Завтра! — хирург поднял палец к потолку. — Завтра с утра еще раз заменим вам повязку и осторожно начнете расхаживаться, а пока отдыхайте. К слову, там прибыл этот, как его, генерал Чан Кайши. Очень настойчиво хочет вас видеть. Пустить? Я могу и послать подальше. Ничего он мне не сделает. Пара-тройка британских крейсеров на рейде Нанкина прямо намекает — британских подданных трогать нельзя!
— Сделает! — резко оборвал его Алексей. — Еще как сделает. Представьте такую ситуацию: меня вчера случайно не оказалось между вами и горожанами. Что случилось бы тогда с вами и вашими внуками? Представили? А ваши лорды спокойно возьмут за вас и детей деньгами и даже не поморщатся.
Из хирурга словно воздух выпустили, он сник и замолчал.
— Съел? — неожиданно захохотала Сара. — Хватит кичиться своим британским снобизмом. Мальчик прав на все сто процентов. Ой вей! — она схватила себе за щеки ладонями. — Я же не знаю, как вас зовут? Лан, Лан, какой Лан? Вы же наш, русский! Как вас зовут, молодой человек? Должны же мы знать, кто нам спас жизнь?
— Мойша, — отрезал Лешка. — Мойша Вейсман.
— Моше? — ахнула Сара. — Вейсман? Может, скажете ещё, что вы из Жмеринки?
— Из Хацапетовки. Зовите генерала.
Галлахеры вышли, а Лекса вдруг понял, что дико соскучился по жене. Но, увы, она еще месяц назад вернулась в Москву.
— Ругаться будет, небось, что подставился… — Лешка улыбнулся. — Наверное, подам рапорт об отпуске. Пошел этот Китай в кобыле в трещину. Достал окончательно.
Через пару минут в палату стремительно влетел Чан в сопровождении своего адъютанта. «Добрый друг» выглядел очень взволнованным, а адъютант тащил две огромные корзины и пару свертков.
— Вас можно поцеловать, мой храбрый друг? — Чан выпятил губы. — А как еще мне выразить свою радость тем, что вы живы?
— Лучше не надо, — поморщился Лешка. — Конечно, я все еще божественно красив, но не стоит поддаваться искушению. Еще понравится. Будем потом ходить под ручку, а наши жены устроят на нас покушение со злости.
Генерал радостно заржал и махнул рукой адъютанту. Тот немедленно извлек из корзины бутылку шампанского.
— Я выпью за ваше здоровье, мой храбрый и мудрый друг! — Чан вздернул вверх бокал. — А вам…
Лекса показал глазами на чашку с носиком.
— Мне вот это. И рассказывайте.
— Рассказывать? — Чан нарочито скорбно вздохнул. — Похоже, моя дружба с вашей страной пока поставлена на паузу. Но обо всем по порядку. Сегодня над Шанхаем взмыло знамя Гоминьдана. Народ поднял там восстание, а милитаристы сбежали. Войска уже входят в город. А еще, меня благополучно лишили всех постов в партии, оставив только командование армией. Ну и ладно…
Он опять хохотнул.
— История все расставит на свои места. Не так ли? Что еще? Заморские черти все так же грозятся со своих кораблей, но немного сбавили свой тон. Думаю, мы с ними поладим. К слову, они прекрасно осведомлены о вашем подвиге и их делегация в самое ближайшее время собирается вас навестить. Кажется, сами того не ведая, вы защитили близких родственников одного из больших американских чинов. Не гоните их, это может быть полезным, как для вас, так и для меня…