Гасконь. Немножко.
Лейтенант. Куда ты смотришь?
Гасконь. Никуда.
Лейтенант. Боже! Мадемуазель Жаннина! Какая встреча! Что ты мне советуешь?
Гасконь. Не знаю. Тут ничего не посоветуешь. (Встает.)
Лейтенант. Не уходи.
Гасконь. Остаюсь, остаюсь.
Лейтенант. Лучше я уйду.
Гасконь. Как вам будет угодно.
Лейтенант. Не могу.
Гасконь. Я вам сочувствую.
Лейтенант. Почему она остановилась? Почему она не идет?
Гасконь. Может быть, она боится вас побеспокоить.
Лейтенант. Нет, ее стесняет твое присутствие.
Гасконь. Я ее немедленно от него освобожу. (Хочет уйти.)
Лейтенант. Стой.
Гасконь. Стою.
Лейтенант. Есть у тебя табак?
Гасконь. Нет, сударь.
Лейтенант. Дурень, у тебя нет табаку?
Гасконь. Бегу за вашей табакеркой. (Убегает.)
СЦЕНА 3
Де ла Коттери, потом Жаннина.
Лейтенант. Слушай, куда ты? О я несчастный! Гасконь!
Жаннина. Вам что-нибудь угодно?
Лейтенант. Простите, мне нужен мой лакей.
Жаннина. Если нет вашего, найдутся другие. Хотите, я вам пришлю?
Лейтенант. Нет, благодарю вас. Мне нужен мой лакей, чтобы уложиться.
Жаннина. И вы так беспокоитесь, чтобы кончить это важное дело? Вы боитесь, что вам нехватит времени? Может быть, вас ждет курьер? Если воздух здешнего неба перестал быть полезным для вашего здоровья или, чтобы сказать прямо, если вам наскучило пребывание в этом доме, я готова сама предложить свои услуги, дабы ускорить ваш отъезд.
Лейтенант. Пожалейте меня, мадемуазель, не увеличивайте моих страданий.
Жаннина. Если бы я знала, чем именно вы расстроены, я бы постаралась не увеличивать, а облегчить ваши неприятности.
Лейтенант. Ищите причину в самой себе, тогда мне не придется говорить вам об этом.
Жаннина. Значит, вы уезжаете из-за меня?
Лейтенант. Да, я вынужден ускорить мой отъезд из-за вас.
Жаннина. Я сделалась так вам ненавистна?
Лейтенант. Боже! Никогда вы не казались мне такой милой, никогда ваши глаза не блестели для меня так радостно.
Жаннина. Ах, если бы это было так, вы не торопились бы с отъездом.
Лейтенант. Если бы я любил только красоту вашего лица, я бы уступил своей пламенной любви и остался бы. Но мне дорога ваша добродетель, я боюсь, что в опасности окажется ваш покой, и я чувствую, что мне необходимо отблагодарить вас за вашу доброту и для этого пожертвовать самыми прекрасными надеждами моей любви.
Жаннина. Не думаю, что вы столь слабы духом, чтобы не преодолеть свою страсть, и вы плохо цените мою добродетель, если считаете меня неспособной бороться с голосом сердца. Я любила вас, и мне нечего было краснеть за свою любовь. Этим благородным чувством я могла бы жить всю жизнь, и не могу понять, как может мужчина хуже выдержать борьбу со страстью, чем я. Я могу любить вас, не подвергаясь опасности. Я бы очень хотела всегда быть с вами. Я черпала бы в этом радость. А вы, наоборот, уезжаете внезапно, ищете покоя и счастья. Разве в этом не больше слабости, чем любви? Я слышала, что надежда укрепляет желание и что плохо стремится к цели тот, кто отстраняет от себя ее помощь. А вы, убегая от мук беспокойства, сопровождающих надежду, являете либо достойную презрения слабость, либо обидное безразличие. Какова бы ни была причина, заставляющая вас уезжать, радуйтесь вашему торжеству, выдающему вашу неблагодарность, но стыдитесь вашей жестокости, не имеющей себе равной.
Лейтенант. О нет, мадемуазель, не обвиняйте меня в неблагодарности, не упрекайте меня в жестокости. Уезжая, я думал угодить вам, и если я ошибался, простите меня. Прикажите, и я останусь.
Жаннина. Нет! Не нужно, чтобы мое приказание принудило вас. Следуйте движениям вашего сердца.
Лейтенант. Сердце говорит мне, чтобы я остался.
Жаннина. Повинуйтесь ему без боязни и, если мужество вас покинет, положитесь на мою твердость.
Лейтенант. А что скажет ваш отец, когда узнает, что я изменил решение?
Жаннина. Он был огорчен вашим отъездом почти так же, как я. Его не совсем удовлетворяет ваше здоровье. И действительно, потому ли, что рана ваша была опасна, потому ли, что страдало сердце, но врачи не признали вас вполне здоровым. Отец считает, что вам не следовало бы еще пускаться в путь. Он вас любит и уважает и будет очень доволен, если вы останетесь.