Лунардо. Что же нам делать?
Симон. Дорогой мой, самый лучший выход — это принять все как есть.
Лунардо. А позор?
Симон. Какой еще позор? Как только он станет ее мужем, никакого позора не будет.
Канчано. Послушайте, синьор Лунардо. У моей жены, конечно, есть свои слабости, но, сказать правду, она женщина необыкновенная.
Феличе. Не правда ли, синьор Канчано?
Лунардо. А все-таки, что же нам теперь делать?
Симон. Прежде всего, я сказал бы: пойти и пообедать.
Канчано. Да, сказать по правде, про обед-то как будто вы и забыли.
Феличе. Э, тот, кто его отложил, не так уж глуп. Обед немного запоздал, но в трубу не вылетел. Сделаем так, синьор Лунардо: если вы хотите пообедать в мире и согласии, позовите жену, дочку, покричите на них, поворчите, по обыкновению, немножко — и довольно. Подождем графа; и если он приведет жениха, — кончим это дело.
Лунардо. Жена!.. Дочь!.. Если я их увижу, я не ручаюсь за себя.
Феличе. Да, вам надо хорошенько выкричаться, и вы имеете на это полное право. Вы согласны?
Канчано. Позовем их.
Симон. И мою жену.
Феличе. Я, я позову! Подождите. (Убегает.)
СЦЕНА 3
Лунардо, Канчано и Симон.
Лунардо. Ну и язычок у вашей жены!
Канчано. Вот видите? Не зовите же меня дураком за то, что я позволяю ей водить себя за нос: стоит мне что-нибудь ей сказать — она сейчас же произнесет речь, а мне остается только благодарить адвоката!
Симон. О эти женщины! Так или иначе, а поставят на своем!
Лунардо. Только позволь им говорить: они никогда ни в чем не виноваты.
СЦЕНА 4
Те же, Феличе, Марина, Маргарита и Лучетта.
Феличе. Ну, вот вам они, вот они! Раскаиваются, сокрушаются и просят прощения.
Лунардо (Маргарите). Если ты когда-нибудь еще выкинешь такую штуку…
Феличе (к Лунардо). Она тут ни при чем; во всем виновата я.
Лунардо (Лучетте). Ты знаешь, чего ты заслуживаешь, негодница?
Феличе (к Лунардо). Это вы спросите у меня, я вам за нее отвечу.
Лунардо (Маргарите и Лучетте). Принимать в доме мужчин! Прятать любовников!
Феличе (к Лунардо). Браните меня: во всем виновата я.
Лунардо (к Феличе). Вас бы тоже четвертовать надо!
Феличе (смеясь над ним). «Сказать по справедливости»…
Канчано (к Лунардо). Как вы говорите с моей женой?
Лунардо (к Канчано). Простите великодушно, я себя не помню.
Маргарита убита. Лучетта плачет.
Маргарита (к Феличе). Что же это, синьора Феличе? А вы сказали, что вполне оправдались.
Симон (Марине). Вы тоже, синьора, свою долю заслужили.
Марина. Ну, если так, то я ухожу.
Феличе. Нет, нет, постойте! У бедного синьора Лунардо остался еще неизлитый гнев, он хочет от него освободиться. Но он всех прощает и всем отпускает вину. А если явится жених, то он и его простит и согласится на свадьбу. Так ведь, синьор Лунардо?
Лунардо (грубо). Так, синьора, так.
Маргарита (к Лунардо). Милый мой муж, если бы вы только знали, как я измучилась! Мне ведь ровно ничего не было известно, поверьте! Явились маски… я их ни за что не хотела пускать, но… но…
Феличе. Я ее заставила — ну, что еще?
Маргарита (тихо Лучетте). Скажите и вы что-нибудь.
Лучетта. Дорогой синьор батюшка, простите меня… Я совсем не виновата!..
Феличе. Виновата я, говорю вам — я одна!
Марина. Нет, уж если на то пошло, то и моего меду капля тут есть.
Симон (Марине, иронически). Да уж мы знаем, что вы тоже быстры на выдумки.
Марина. Да уж наверно быстрее вас!
Феличе (смотря за сцену). А кто это там?