М а р и я М и х а й л о в н а (мужу). Погоди бегать. Я в письмах что-то разуверилась. (Читает.) «Уважаемый товарищ». Вряд ли это тебе.
В а с и л и й М а к с и м о в и ч. Вот имя, фамилия. Иду! Великая русская литература! Прими мои первые шаги!
Выходит. М а р и я М и х а й л о в н а — за ним. Люба вскрывает свое письмо, читает.
Л ю б а. «Я все вспоминаю тот вечер в школе, когда ты танцевала и много говорила со мной. Надеюсь, ты не забыла, что мы условились ехать на Кавказ вместе. Твой Алеша». Алеша!
Из спальни появляется С т р а х о в.
С т р а х о в. Как вы себя чувствуете, Люба?
Л ю б а. Вы меня очень презираете?
С т р а х о в. Вы просто шли близко к воде и оступились. Больше ничего не было. Ничего.
Л ю б а. Антон Иванович…
С т р а х о в. Вам нельзя волноваться…
Л ю б а. Но, Антон Иванович, дорогой… не надо меня оправдывать. Вы прекрасно знаете, что я не оступилась, а прыгнула в воду. Зачем вы так? И вот… я много… много думала… о вас. Почему вы такой? Вы очень, очень хороший… Но зачем вы стараетесь скрыть все плохое, спрятать трудности? Так никогда не научишься бороться. Я не хочу от жизни легкого успеха, скорой удачи. Нет, пускай мне будет трудно, но я стану бороться и никогда не буду обижаться на жизнь. Теперь я ее люблю еще больше. В холодной воде куда полезнее, чем в теплой ванне. Я из воды, кажется, сильнее, крепче вылезла.
С т р а х о в. Очень хорошо сказали. И запомните: вы не беднее, а, может быть, богаче других. Вы умная, вы красивая, да-да, красивая. Поверьте в свои силы, поверьте в себя и…
Л ю б а. А вы теперь правду говорите? Простите, но я не могу забыть ваше письмо…
С т р а х о в. Забудьте его.
Л ю б а. Нет, я его забыть не могу. Ведь я из-за него в воду бросилась.
С т р а х о в. Из-за него?
Л ю б а. Да. Это так стыдно, когда тебя жалеют… когда из жалости… Сначала Розанов… потом вы…
С т р а х о в. Я?
Л ю б а. Да-да… Вы не сердитесь, Антон Иванович, но так нельзя, не надо… никогда не надо. Лучше все прямо — правду в глаза. А вы хотели закрыть мне глаза на правду… И сами тоже… закрываете глаза… на все… что окружало вас… И теперь — несчастны?
С т р а х о в. Несчастен, Любочка. Я так ее жду! Но надо забыть. Забудьте и вы мое гадкое… я понял… оскорбительное для вас письмо…
Л ю б а. Никогда не забуду. Ведь из-за вашего анонимного письма я получила настоящее, с очень хорошей подписью. Вот! (На секунду показывает письмо.)
Страхов обрадовал. В дверь входят Н и н а, за ней — И л ь и н и М а р и я М и х а й л о в н а.
Н и н а. Люба, здравствуй! Здравствуйте, Антон Иванович! Встала? День-то какой! (Открывает окно.)
М а р и я М и х а й л о в н а. Ой, она простудится! Разве можно?
С т р а х о в (с порога спальни). Идите, идите сюда.
Нина идет под руку с Л ю б о й, М а р и я М и х а й л о в н а — за ними.
И л ь и н. Нина… Ниночка…
Нина останавливается. Они остались вдвоем.
Нина, не бегай от меня. Я тебя все пять классов любил, все каникулы… Ну ладно, я виноват. Давай мириться.
Н и н а. Прежде всего я хочу, чтобы ты с братом помирился. Погоди, не отвечай, сосчитай до пяти.
И л ь и н. Я помирюсь, когда его из школы выгонят.
Н и н а. Его выгонят?
И л ь и н. Мне аттестат дали, наше дело целая комиссия разбирает. Твой брат на шкалу свысока смотрит. Таких от живой жизни надо подальше. Ниночка… (Несмело обнимает и целует ее.) А все-таки мы умнее женщин.
Н и н а. Неужели ты думал, что я могу поцеловать мужчину, который глупее меня?
И л ь и н. Правильно!
Н и н а. И еще: дай мне самую сильную клятву, что, кроме меня, у тебя никогда не будет ни одной… (вспоминает) «мерлухи».
Н и н а убегает в спальню. И л ь и н — за ней. На пороге они чуть не сбивают с ног входящую М а р и ю М и х а й л о в н у.
М а р и я М и х а й л о в н а. Ох, сумасшедшие!
Стук в дверь. Входит В е р х о в с к и й.
В е р х о в с к и й. Мне надо видеть Антона Ивановича.
М а р и я М и х а й л о в н а. Сейчас скажу, а пока — окажите внимание. (Подает письмо редактора.)
В е р х о в с к и й. Опять сочинение вашего супруга?
М а р и я М и х а й л о в н а. Нет, это сочинение государственное. Это государство моему супругу пишет. Издательство государственное.