З а м я т и н. Что за бред, Квашин?
В и к а. Каким образом?..
Е р о х и н. Ти-хо! Братцы, это… гигантская затея!
К в а ш и н. Витька Ерохин — пустозвон и балагур? Нет! Он… Витторио Иерохини — смуглый, пылкий итальянец из Неаполя, крупнейший музыкант нашего века, полугений, полубезумец…
Е р о х и н. Роль по мне, Вася! Распределяй дальше.
К в а ш и н. Жаклин Тере — эксцентричная, златокудрая Жаклин, героиня фильма «Разбуди меня в девять», жена фабриканта клипсов и пуговиц, — Зинка Терехова.
Т е р е х о в а (исступленно). Умираю, хочу сыграть!
К в а ш и н. Спо-койно… Отец Куницына — профессор, серебряный старик, почетный член Амстердамской академии и вице-президент… чего-то на Ямайке… (Оглядев сидящих.) Ну, это мы подберем… Мисс Спэнчер — шеф и генеральный директор отеля «Глория» — Зимина и, наконец, две изящные, хорошенькие переводчицы-стенографистки с блокнотами в руках — Вика и Лека…
О с к о л к и н а. Ой, мы тоже?
К в а ш и н (увлеченно). Звонки телефонов, бой старинных часов, тихая мелодия джаза плавно вольются в дом профессора Куницына… И все это, как в дымке, как через прозрачный нейлон, пройдет перед мадам Муштаковой и тетей Симой… И тогда… посмотрим, леди и джентльмены, как заготовленный скандал обернется нижайшим поклоном, гневный протест — благословением. Они поднимут ручки и скажут: «Ол райт, дети мои!»
З а м я т и н. Да это же здорово, честное слово! Мне нравится, Квашин. Пошли, ребята, ко мне.
Л а р и с а. Это чу́дно… Они бы растаяли от восторга.
Е р о х и н. Браво, Вася, молодец! Розыгрыш мировой!
Т е р е х о в а (вскочив на стул). Нет! Это не розыгрыш, это серьезней, это больше, мальчики! Мы с вами сыграем… назидательную комедию для всех муштаковых и всех тетей Сим! Ты прости меня, Ларка, я не хочу оскорбить твоих родителей, но они для нас не папа и мама, нет… они — явление, муштаковщина, понимаешь? А раз так — на сцену их, в комедию, черт возьми! И пусть этот спектакль будет не в театре, пусть будет без зрителей, все равно он сделает свое дело. И все разумные папы и мамы, честные тети и дяди, у которых есть гордость, честь и достоинство, будут нам аплодировать… Мальчики! Каратыгинцы! Пять лет нас учили искусству актера, так давайте же покажем, на что способны…
Звонок. Все застыли. Пауза.
Е р о х и н. Вот тут нам и покажут…
Л а р и с а. Ну, теперь все. Это уж наверняка они.
Ю р и й. Да нет же, это старик. Я ж говорил тебе, что он должен прийти. Ребята, это мой сосед, чудной и симпатичный старикан, вот увидите…
На пороге комнаты появляется П е р с о н а ж.
П е р с о н а ж. Какой-то гражданин…чик спрашивает Ларису Муштакову.
В и к а. А что ему нужно? Кто он?
Л а р и с а. Ну вот… отец или дядя Рома.
П е р с о н а ж. Не знаю. Передайте, говорит, что спрашивает надежный человек…
Ю р и й. Да это наш старик, художник. Я выйду к нему.
К в а ш и н. Садись! Поля, пригласите его сюда.
П е р с о н а ж выходит.
Ю р и й. Вы уж с ним, ребята, поделикатней. Ему шестьдесят лет, но он заводной, как Ерохин.
Голос Персонажа: «Пройдите, пожалуйста, они здесь». Раскрылась дверь. На пороге — м а л ь ч и к в коротких штанишках и кепке, надвинутой на глаза. Курточка расстегнута. За поясом пистолет.
Е р о х и н (после паузы, шепотом). Братцы, старик явно впал в детство.
Л а р и с а. Генка, ты?.. Как ты сюда попал? Тебя прислали за мной, да? Ну, говори же, Генка, что ты молчишь?.. Как ты узнал, что я здесь?
Г е н а. Об этом не спрашивают. Я всегда там, где во мне нуждаются угнетенные. Кто эти люди, и могу ли я при них говорить?
Л а р и с а. Конечно, это все мои друзья. Они хотят нам с Юрой помочь. (Квашину.) Знакомьтесь, это мой двоюродный братишка, мальчик тети Симы…
Г е н а. Мальчик? Хм… (С горькой усмешкой.) Ты б еще сказала — кот в сапогах. Мальчики остались в глупых сказках, а по жизни ходят борцы… «Патриа о муэрте», — говорят мальчики Кубы, когда им угрожает враг…
Е р о х и н. Да-а… Это действительно надежный человек!
Л а р и с а. Боже мой, что ты болтаешь, Генка? Ты лучше скажи, что слышно дома, они меня ищут, да?