М а р а с у л ь. Бегите в школу, мамаша, зовите Насибу. Будем ковать железо, пока горячо!
Ф а т и м а. Спешу! Спешу!..
З а р г а р о в. Я знать не знаю, ведать не ведаю! Помните! У меня авторитет!
Ф а т и м а. Помню! Помню! (Уходит.)
Из приемной входит Р и з а м а т, грудь у него увешана всевозможными значками.
З а р г а р о в. Ризамат! Что с тобой?
Р и з а м а т. Зубы!..
З а р г а р о в. Болят?.. А голова?
Р и з а м а т. Угу!..
З а р г а р о в. Будешь так водку глушить, тебе не зубы, тебе голову вырвать придется, с корнем!
Р и з а м а т. Бросил! Всё!
З а р г а р о в. Смотри. (Оглядел значки.) Как же ты позабыл… крышку от чайника? А? (Уходит.)
Р и з а м а т. Обманули! Зубной врач Марасуль Хузурджанов и зубной техник Ризки Ходжаев! Обманули!
М а р а с у л ь. Кого?.. Вас?.. Мы?
Р и з а м а т. Берите, мошенники, сколько просите, но… Золото обещали, а поставили ржавую зеленую подкову! Укусить вас такими зубами — околеете!
М а р а с у л ь. Тише. Садитесь. Рот откройте. Потерпите…
Р и з а м а т. Погибаю!
М а р а с у л ь. Пошире!.. Бррр!.. Не нужно было водку пить…
Р и з а м а т. Скончался бы! Умер!.. Погиб!.. (Жалобно.) Отравили…
М а р а с у л ь (осматривает зубы). Потерпите… Да… Конечно… У вас миокардиодистрофия!
Р и з а м а т. Кто?
М а р а с у л ь. Миокардиодистрофия.
Р и з а м а т. Э-эх!.. Знал бы, что им против нее не устоять, — обошелся бы!..
М а р а с у л ь. Давно пора! Водка — яд!
Р и з а м а т. Без зубов твоих обошелся бы!.. Спасите!.. Укушу!
М а р а с у л ь. Бегите к Ризки Ходжаеву. В поликлинику!.. Я ему позвоню… Еще не поздно! Если не будете пить по дороге…
Р и з а м а т. До поликлиники близко… Попробую! (Уходит.)
М а р а с у л ь (звонит по телефону). Одиннадцать-восемнадцать… Ризки? Ах ты, горе мое! Договорилсь ведь — хотя бы половину золота ставить…
В дверях появляется О к и л а.
Окисление!.. В том-то и дело — родственник товарища Заргарова! Послал к тебе… Исправляй! Сказал, что из-за водки схватил миокардиодистрофию! Да!.. (Вешает трубку. Увидев вошедшую Окилу.) О-о!.. Добро пожаловать, добро пожаловать, добро пожаловать, Окила-апа!.. Как доехали?..
О к и л а. Благодарю… Где же Ахаджан-бай! С молодой женой не до старой?
М а р а с у л ь. Потерпите… Спокойнее… (Берет трубку телефона.) Двадцать-пять-пятнадцать… Ахаджан-ака? Окила-апа… (Кладет трубку, вздохнул.) Кому и когда был выгоден скандал, Окилахон-апа? Прогадаете! Бывают слова звонкие, как серебро, но молчание оценивают, как золото.
О к и л а. Бывает и золото не дороже меди. Как он оценил семнадцать лет жизни, которые день за днем, час за часом я провела в заботах о нем? Задумался бы хоть о детях — их ведь у него трое! Уронила бы я семнадцать лет назад в землю хоть одну косточку — был бы у меня теперь зеленый шатер над головой и спелые плоды… (Плачет.)
М а р а с у л ь. Прогадаете! Прогадаете, Окила-апа… Спокойнее…
Входит З а р г а р о в. Окила встает.
З а р г а р о в. А-а… Здравствуй… (Пауза.) Как дети?
О к и л а (утирает слезы). Здоровы… Еще не позабыли детей?
З а р г а р о в. Ну что ты говоришь! Присядь. Успокойся. Чему быть — того не миновать. Если хочешь — воля твоя, делай как знаешь, кричи на всю улицу, на весь город. У тебя трое детей… Если же поймешь, примиришься.
М а р а с у л ь. Смирение — золото!
З а р г а р о в. Умно! Рано ли, поздно ли — заблудший конь в конюшню вернется!
Х у м о р х о н, возвращающаяся из магазина, остановилась у окна, уронила покупки.
Х у м о р х о н. Ах! Помогите же мне!.. Марасуль-ака!..
З а р г а р о в (упал в кресло). Ох!.. Ох… Помоги же мне! Рви! Скорее!
М а р а с у л ь (подбирая щипцы). Потерпите… Спокойнее…
Х у м о р х о н (у окна). Что с вами, Ахаджан-ака?!
Окила пристально смотрит на Хуморхон.
М а р а с у л ь (к Хуморхон). Удаление зубов — зрелище неприятное! Ступайте, ступайте!
Х у м о р х о н. Вы причиняете ему боль! Осторожнее!.. (Уходит.)
Окила смотрит ей вслед.
З а р г а р о в (достает из бумажника деньги, протягивает Окиле). Купишь детям что-нибудь такое…