О к и л а. Ребятишки покоя не дают — все папа да папа… Где он?.. Как нибудь приехали бы…
З а р г а р о в. Как-нибудь приеду… Ребятишек поцелуй!
О к и л а уходит.
М а р а с у л ь. Рискуете головой, Ахаджан-ака. Грянет гром — тут вам и райком, тут и прокурор, и фельетон. И такое переплетение личного и общественного произойдет, что…
З а р г а р о в. Раскаркался!
М а р а с у л ь. Была бы у вас Хуморхон возлюбленной или еще так как-нибудь, без бюрократизма, — понимаю. Так нет — расписались!..
З а р г а р о в. Попался… Как-то она, Хуморхон, пришла, плачет… Ребенок, говорит, будет, понимаешь? Испугался. А у страха глаза велики; мне и показалось, что живот у нее большой… Обманула она меня. Понимаешь? Пораскинул умом и решил: хорошо иметь жену покультурнее. Если бы Окила училась в свое время, цены бы ей не было! Отстала… не работала над собой.
М а р а с у л ь. Она грамотная, по-моему…
З а р г а р о в. Была!.. Училась то ли в седьмом, то ли в шестом классе, когда я женился на ней. Большой дом — большая забота, дети. Какая тут учеба? Бросила… У меня тот же дом, те же дети, а я как будто успеваю все! Эх, были бы три тысячи, услал бы я Хуморхон куда подальше, с чужих глаз долой, пока все успокоится.
Входит Ф а т и м а.
Ф а т и м а. Уроки у Насибы, мальчик мой… Сказала ей, чтобы после уроков пришла.
М а р а с у л ь. Есть у вас деньги, мамаша? Еще три тысячи Ахаджану-ака.
Ф а т и м а. Какие у меня деньги, сынок?
М а р а с у л ь (тихо). Сами знаете — человек нужный, мамаша…
Ф а т и м а (шепотом). Без возврата все! (Из-под кушака достает пачку денег, торопливо отсчитывает.) Две тысячи! Довольно!
Голос Насибы: «Девочки… я вас догоню».
Входит Н а с и б а, она в школьной форме.
Н а с и б а. Здравствуйте…
М а р а с у л ь. Ай-ай-яй! Что же не переоделись?
Ф а т и м а. Голубушка пришла, принцесса моя!
Насиба кладет портфель на стул.
З а р г а р о в (присматриваясь). Кхм… Только не тащи ты ее в загс в школьной форме… И себя и меня подведешь.
М а р а с у л ь. Как можно!
З а р г а р о в. Росточком мала!
Ф а т и м а. У нас туфли на высоких каблуках!
З а р г а р о в. Ладно… Чему быть — того не миновать, а я ничего знать не знаю и ведать не ведаю! Пора! Дела… (Уходит.)
Ф а т и м а. Радость моя, пойдем, пойдем, голубушка моя…
Ф а т и м а и Н а с и б а уходят во внутренние комнаты. Марасуль, мурлыча какую-то песенку, приводит в порядок инструменты. Появляются Ф а т и м а и в новом наряде Н а с и б а. В туфлях на непривычно высоких каблуках она ступает с опаской.
М а р а с у л ь. Ну, пошли, пошли! Пора!
Н а с и б а. Снова в загс?
Ф а т и м а. Сам Ахаджан-ака им приказал! С богом!..
Насиба берет портфель.
М а р а с у л ь. Теперь портфель долой! (Берет у Насибы портфель, отбрасывает.)
Ф а т и м а. С богом!.. К возвращению вашему такой пир приготовлю!
М а р а с у л ь и Н а с и б а уходят. Фатима, молитвенно сложив руки, благословляет их.
Скромная комната в домике Рохили Аскеровой. Р о х и л я встревоженно следит за М а р а с у л е м, который крупно шагает из угла в угол.
М а р а с у л ь. В жизни не видал такого упрямства. Все люди как люди — от обезьяны произошли, а заведующий загсом — определенно от ишака.
Р о х и л я. Что вы говорите, Марасуль.
М а р а с у л ь. Нет — что он говорит! (Передразнивает.) «Не могу сочетать вас законным браком — это незаконно». Я ему человечно объясняю: «Вам же звонил товарищ Заргаров» — а он: «Даже сам господь бог не в силах изменить дату рождения человека. Невеста несовершеннолетняя».
Р о х и л я. Господи, что же делать? Уж если сам товарищ Заргаров не может…
М а р а с у л ь. «Товарищ Заргаров не может»? Вот. (Торжественно достает какую-то бумагу.) Мы ему покажем. Мы всем покажем…
Р о х и л я. Покажите мне.
М а р а с у л ь (читает). «Да станет известно досточтимому Нишанбаю, которого мы почитаем как младшего брата, что подателем сего является Марасуль Хузурджанов, которого мы лелеем как младшего брата, и просим мы произвести через вашу книгу регистрации бракосочетание его с избранной им подругой жизни Насибахон Аскеровой и выдать ему на руки документы, оформленные по всем правилам закона, в целях совместного прохождения ими дальнейшего жизненного пути. Заргаров». Вот! (Бережно складывает и прячет бумагу.) Поедем в кишлак к товарищу Нишанбаю и вернемся мужем и женой.