Выбрать главу

«Центавр» сел прямо на пути, в него погрузили девять раненых, и вертолёт ушёл в Пермь.

Распоряжение Высшего Совета. Март 2054 года

«Создать Сибирскую Экспедицию для исследования Транссибирской магистрали и прилегающих к ней районов

— Включить в состав Сибирской экспедиции конвой эшелонов

а) инженерно — ремонтный поезд — 1

б) лёгкие бронепоезда типа «Фантомас» — 4

в) поезд обеспечения полётов вертолётов и беспилотников -1

г) топливный поезд — 1

д) поезд для перевозки лошадей и прочих животных — 1

е) штабной поезд — 1

ж) тяжёлые бронепоезда «Кама», «Урал»

з) поезд обеспечения тыла — 3

и) поезд перевозки автотранспорта и катеров — 1

к) поезд тяжёлого вооружения — 1

л) медицинский поезд -1

м) десантные составы — 2

н) научный поезд — 1

— Комендантом конвоя Сибирской Экспедиции назначить Набокова Руслана Калиновича, с возложением на него прав полномочного представителя Высшего Совета с исключительным правом единоличного суда и приговора»

Приказ

о присвоении позывных

— Лёгким бронепоездам — «Фантомас 1», «Фантомас 2», «Фантомас 3», «Фантомас 4»

— Тяжёлым бронепоездам — «Урал», «Кама»

— Топливному поезду — «Бочка»

— Ремонтному поезду — «Киянка»

— Поезду обеспечения полётов вертолётов и беспилотников — «Клумба»

— Штабному поезду — «Акбаст»

— Поезду тяжёлого вооружения — «Мортира»

— Медицинскому поезду — «Таблетка»

— Поезду обеспечения тыла — «Крупа — 1», «Крупа — 2», «Крупа — 3»

— Поезду перевозки автотранспорта и катеров — «Мотор»

— Поезду с учёными — «Головастик»

— Поезду для перевозки лошадей и прочих животных — «Чёрный бык»

— Вертолётам — «Дракон», «Центавр», «Ворон», «Горыныч», «Ястреб», «Юнкерс»

— Пассажирским поездам — «Спальник — 1», «Спальник — 2»

Душа в тело

В голове шумело. Сердитый голос кричал: «Смирно! Смирно!». Потом заплакала женщина: «И так денег нет, так ты ещё приволок..». К этому разноголосью добавились неразборчивые крики, собачий лай. Потом загремели пустые бочки, они катились по железному полу, заклёпки вылетали из них, отщёлкивая штукатурку со стен.

— Какая штукатурка? Заклёпки? — вопросы начали грудиться, как сплавные брёвна в заторе на реке. — Они рухнут, на голову. Надо плыть!

Бревно выскочило из залома, крутнулось, чёрное, глянцевое от воды, взлетело и начало падать.

— А — а-а!!

— Очнулся, — услышал Манжура мягкий женский голос.

— Если сразу есть попросит, значит в норме, — засмеялся чей-то знакомый хриплый бас.

Николай открыл глаза.

— Есть хочешь? — возле него стоял Седых. — Суп из курицы. А больше тебе ничего нельзя.

Он снова засмеялся.

— Привет, Яша, — просипел Манжура. — Пить хочу.

Женщина — врач поднесла ему стакан с желтоватой жидкостью. Пересохшее горло сразу впитало сладкий компот. На лбу Николы выступил пот.

— Четыре дня валяешься уже тут, ясновидец, — Седых поправил сползший с плеча халат, одетый внакидку. — Всё пропустил, и бой, и гонки. Мужики из взвода тебе приветы передают.

Старшина присел на деревянную табуретку и рассказал больному про неудачный поход на Екатеринбург, схватку с работорговцами, вертолётную атаку и про предполагаемый диагноз болезни Манжуры. После того, как он потерял сознание на плотине Камской ГЭС, решили, что у него нервный срыв.

— А людей много побили в Кунгуре? — Никола сел на койке. — Жалко их.

— Из взвода пятерых ранило, да на «Фантомасе» троих зацепило, — ответил Седых. — И местных, кунгурских четверых из гранатомёта посекло. Ну и одного бандита наповал.

— Как страшно всё это, — Никола покачал головой. — В жуткое время живём.

Старшина недоумённо глянул на него. Манжура, который прошлым летом лихо завалил двух бойцов чёрных викингов, рассказывавший раньше, как он стрелял из засад по врагам и даже пытался отрезать у мёртвых уши на память, вдруг стал жалостливым.

— Неплохо тебе шок мозги подрихтовал, — Седых хмыкнул. — Не отуторел ещё. Да, самое главное не сказал тебе. С этими, которые вагоны поднимают, кинологи смогли общение наладить. Сейчас решают, может, всю экспедицию на них поставят. Радиоприёмники ставят в тепловозы. Как-то сигналы им передают, и составы летают просто. Но только над рельсами. Комэска сказал, рискнём, на них поедем, а если пропадут, то на рельсы встанем.