– Не извольте беспокоиться, сударь! Чтобы ваши сиятельные глазки чтением напрягать? Да ни в коем разе! На словах все, только на словах.
Нет, это не театр. Это цирк. Ярмарка со скоморохами. Впечатление портит только крайняя серьезность основной массы зрителей.
– Вам, сударь, велено прибыть. Незамедлительно! – дервиш воздел вверх указательный палец.
– Куда? И зачем?
– Для прохождения освидетельствования. И позвольте адресок вслух не называть: интимное же дело, как никак.
Ну слава богу. Наконец-то нашелся кто-то один с мозгами, кто насчет меня понял все и правильно. Ждет Стасика закрытое заведение, удаленное от чужих глаз, со строгим распорядком дня, дюжими медбратьями, разноцветными таблетками и бесконечными грёзами… Лепота!
– Челядь ваша без вас как, управится покуда с хозяйством?
Я окинул взглядом благоговейно застывшие лица.
Да куда ж они денутся? Жили до меня сами, и теперь проживут. Даже лучше, наверное, будут себя чувствовать. Только надо исправить все, что натворил. Хотя бы для успокоения собственной совести.
– У меня, милейший, дела тут остались. Недоделанные. Так что я прямо сейчас уехать никак не могу.
– Можете, сэр, – выдохнули мне в затылок.
– Адъютант? А как же схемы и остальное? Вы же сами говорили, что…
– Теперь это не имеет значения.
Я повернулся, надеясь поймать в глазах блондинки подтекст, которого не нашел в словах, но увидел нечто подозрительно похожее на нетерпение.
Она спит и видит, чтобы я убрался отсюда? Стопудово. Что ж, не будем заставлять даму ждать.
– Ну раз не имеет значения… Тогда отправляемся.
– Так будет ручная кладь или нет? – уточнил дервиш, взглядом указывая куда-то в район моего правого бока.
Я машинально пощупал пальцами воздух. Ну да, как же можно было забыть?
Палка-ковырялка. С ней-то что делать? Пойти и засунуть обратно? Нет, так база снова превратится в склеп. И с собой брать нет никакого смысла, тем более, когда блондину понадобится новый завхоз, без жезла ему будет не обойтись. Значит, надо оставить. Только на свободе, а не взаперти. И как это сделать?
А, была не была!
– Гулять! – я взмахнул рукой, подкрепляя приказ жестом, но вполне мог не трепыхаться: при первых же звуках голоса палка зигзагами рванулась к дверному проему и исчезла в глубине коридора.
Да, дурдом по мне точно плачет. Горючими слезами.
Ещё штука эта. Неопознанная. Мной лично. Потому что вся моя "челядь" совершенно точно знает, какую именно дрянь мне торжественно вручили. Но выяснять подробности прямо сейчас… А есть ли в этом смысл? Вернусь ли я из того места, куда меня настойчиво зовет оборванный ангел?
– Адъютант.
– Сэр?
– Возьмите. Пожалуйста.
Портсигар из моих пальцев блондинка принимала, как святые мощи или полковое знамя. Кажется, даже на несколько секунд забыла, что нужно дышать.
Значит, вещь ценная. Для неё, к примеру. Для команды. Наверное, и для того, кто отправлял посылку. А кто, кстати? Где имя, обратный адрес? Опять все главное запрятано в пучках невидимого мне света?
Да и ладно. Не очень-то и хотелось.
– Ну, собственно… Я готов.
Дервиш кивнул, раскинул руки в стороны, от чего лохмотья стали напоминать то ли рваные паруса, то ли занавес погорелого театра, и весело подмигнул:
– Обнимашки?
Он это серьезно? Я бы понял, предложи нечто подобное кто-то из троицы. Ну там, на прощание и все такое. Хотя с Леликом обниматься не рискнул бы. Но совершенно чужому мужику-то что от меня надо?
А все стоят и смотрят, как будто так и положено. Как будто все естественно и нормально. И складывается стойкое впечатление, что не я тут сумасшедший. Совсем не я.
– Обнимашки! – нетерпеливо повторил дервиш, уже приплясывая на месте.
Ладно, раз у вас так заведено, спорить не стану. Стрёмно, конечно… А с другой стороны, чего мне бояться? Никто не сфоткает и на фейсбук не выложит. А если даже и выложит, я этого позора никогда не увижу.
– Обнимашки, так обнимашки…
Вопреки ожиданиям, помойкой от дервиша не пахнет. Даже наоборот, ощутимо тянет свежестью, как сразу после грозы. А когда широкие объятия смыкаются, кутая меня в бахрому лохмотьев, темно не становится. Наверное, потому что сквозь прорехи тут же начинает сочиться свет. Яркий-яркий. И в какой-то момент его становится так много, что кажется: вместе со странным почтальоном, грудой нацепленной на него ветоши, а заодно и мной, в белом безмолвии растворяются и время, и пространство.
Часть 4
Локация: третья линия обороны.
Юрисдикция: домен совместного доступа.
Объект: межорбитальное базовое соединение.