Появились женщины, несущие тюки — нерешительно: два шага вперед, один назад. Граймс ахнул, не веря своим глазам. Никакого сомнения. Это Таня обнаженная, как и все остальные. А вот Мойра… Точно, Мойра. Он вскочил, не обращая внимания на протесты сидящих сзади, и попытался стряхнуть руку Дина.
— Отпусти! — прорычал он.
— Не вмешивайтесь, капитан! — Голос телепата звучал настойчиво. — Разве Вы не видите? Они ушли к туземцам… нет, не так. Они вернулись. Нет закона, который это запрещает.
— Я еще могу их вытащить. Они мне еще спасибо скажут!
Он обернулся и крикнул:
— Вставайте! Мы должны остановить это гнусное представление!
— Капитан Граймс! — Водитель был в ярости. — Сядьте, сэр! Такое уже случалось. Поверьте, вам не о чем беспокоиться. Девушки в безопасности.
— Случалось, — неожиданно вмешался Дин. — С чокнутыми эксгибиционистами, которые желали сфотографироваться среди туземцев. Но так — никогда!
И вдруг вскочил и побежал по песку. Найятира шагнул навстречу — но без враждебности. Он приветствовал Дина как старого друга.
— Вернись, Призрак! — надрывался Граймс. — Вернись сейчас же!
Он не понимал, что происходит, но это ему не нравилось. Сначала эти две дуры, потом его подчиненный… Да что на них нашло? Граймс бросился ко входу в пещеру, пять или шесть мужчин последовали за ним. И тут им преградили путь туземцы, выстроившиеся цепью. Теперь они держали свои палки как копья потому что это и были копья. Найятира гордо стоял позади вооруженных мужчин, а по бокам от него — обе землянки. Странная дикая гордость сквозила в каждой линии их обнаженных тел. И с ними был Дин. На его лице, на котором внезапно проступили незнакомые властные черты, блуждала неясная улыбка.
— Уходи, Джон, — приказал он. — Ты ничего здесь не можешь сделать. — И мягко добавил: — Зато я могу многое.
— Черт подери, о чем ты, Призрак?
— Я австралиец, как Мойра и Таня. Как и у них, в моих жилах течет Древняя кровь. Но, в отличие от них, я астронавт. Неужели ты думаешь, что за столько лет службы я не научился управлять кораблем-любым кораблем? Я уведу мой народ туда, откуда они родом.
И тогда Граймс понял. Знание потоком хлынуло в его мозг. Его разум соединился с разумом Дина — и остальных, в ком благодаря телепату проснулась память предков. Но он, Граймс, отвечает за них — все еще отвечает! Он обязан положить конец этому безумию.
— Мистер Дин! — рявкнул он, решительно выступив вперед и отбрасывая копье, направленное ему в грудь.
Он заметил, как Таня сделала движение, словно что-то бросила, и насмешливо хмыкнул: ее оружие пролетело в нескольких дюймов над его головой. Он не видел возвращения бумеранга и вспомнил о нем только когда что-то ударило его сзади. Алая вспышка перед глазами — и наступила тьма.
Граймс медленно приходил в себя. Он лежал на песке рядом с автобусом; над ним склонились две пассажирки.
— Что произошло? — спросил он, пытаясь сесть.
— Они все ушли в пещеру, — ответила девушка. — Скала… скала закрылась за ними. А затем — огни. И голос — голос мистера Дина, только громкий, очень громкий: «Очистить поле! Очистить поле! Уходите!» И мы ушли.
— А что сейчас?
Девушки помогли ему подняться на ноги. Он стоял, пошатываясь, и смотрел на далекую скалу. Издали доносился гул мощных двигателей, земля под монолитом содрогалась. Даже обладая знанием, которое Дин вложил ему в голову, Граймс не мог поверить своим глазам.
Скала поднималась. Ее вершина вдруг заслонила какое-то яркое созвездие. Она поднималась, разрывая кожу планеты. Огромный корабль, давно погребенный в ее недрах, вырывался на свободу. Толчки стали сильнее, туристы попадали, но Граймс как-то удержался на ногах. Он стоял, не слыша криков и визга. Раздался треск — это перевернулся автобус — но Граймс не оглянулся. В такой момент все разрушения казались незначительными.
Скала поднималась… поднялась… Сгусток темноты в темноте, и в нем скопление странных, совершенно невозможных звезд, словно врезанных во внезапно потускневшее звездное небо. Созвездие, яркое поначалу, потом тускнеющее, мигающее, удаляющееся все быстрее и быстрее. Наконец оно исчезло. И воцарилась темнота и полная тишина.
Молчание нарушил водитель.
— Я, конечно, видал в свое время случаи вандализма, — медленно проговорил он. — Но такого… Что скажет Совет, когда услышит, что их главная приманка для туристов улетела? Я даже представить боюсь…
Внезапно его лицо просветлело.
— Но ведь это один их ваших офицеров, капитан Граймс, с вашего корабля? Это его рук дело. Надеюсь, вы получите массу удовольствия, когда будете давать объяснения!