— Прощения просим. Мы за металлоломом. Нам обещали сломанную машину отдать.
— A-а, как же, как же. Давно вас ждем. Она вон там, в углу, — показал Уно.
— Металлолом? — встрепенулся Такэмура и впился взглядом в дальнюю часть стоянки. — Aх, вот оно что! Эй, Уно! — внезапно вскричал он. Уно вздрогнул, а сборщики металлолома испуганно замерли на месте. — Исчезла куча ила! Кто ее убрал?
— Ила?
— Да, озерного ила. Она лежала возле машины Идзаки. Помнишь?
— A-а, да-да. Кто же ее мог убрать?
— Ну-ка выясни. Еще вчера она была на месте.
— А зачем она вам?
— Так. Хочу знать.
Уно вышел, но вскоре вернулся.
— Странное дело, шеф. Никто не признается.
— Так-так. A ну, марш за мной.
Такэмура пулей вылетел из кабинета и чуть не бегом пересек двор.
— Понятно. Кто-то нынче ноЧью вывез ил. Смотри, видишь след? — Такэмура показал на рассыпанные по земле комья грязи.
— А кому понадобилась эта дрянь? Унесли, ну и слава богу. Хоть чище стало, — пожал плечами Уно.
— Э, нет. Кому-то этот ил был очень нужен. Как по-твоему; почему? Ил-то вынут из машины Идзаки, соображаешь? Значит, кто-то интересовался машиной.
— А что же он тогда и ее не увез?
— Это бы сразу бросилось в глаза. А этому неизвестному не хочется, чтобы мы узнали о его поисках. Да и потом, чтоб «Корону» погрузить, это ж целый грузовик нужен. А кучу грязи можно в багажнике легковушки поместить.
— А кому это надо? Неужели Идзаки?
— Зачем? Станет он на себя лишние подозрения навлекать!
— Смотрите, шеф, след тянется вон туда.
Полицейские пошли за тонкой полоской сухого ила, петляющей по земле.
— Все, оборвался.
— Здесь стояла машина.
— Да, вот следы шин, — показал Уно. Узор протектора был отчетливо виден.
— Сделать слепок и на экспертизу. Может, удастся определить марку автомобиля.
— Эй, начальник, — подал голос один из рабочих, топтавшихся возле разбитой машины. — Ну чего, можно забирать-то?
— Извините, ребята, но металлолом отменяется, Придется этой штуковине пока у нас постоять.
Вернувшись в кабинет, Такэмура немедленно набрал некий номер телефона. Когда сняли трубку, он сказал:
— Идзаки, это вы? Такэмура говорит, из полиции. Хочу кое о чем спросить.
На том конце провода настороженно молчали.
— Насчет вашей «Короны». Ну, той, что с обрыва упала. Вы ее вчера ночью не трогали?
— Трогал? Зачем? Она же у вас, в полиции, — непонимающе произнес Идзаки.
— Ну и что, что в полиции. К нам во двор входи кто хочешь.
— Что-то я вас не пойму, господин Такэмура. О чем это вы?
— Кто-то минувшей ночью рылся в вашей «Короне».
— Вы думаете, это я? Да я уж и забыл о ней. На кой черт мне возиться с этой развалиной?
— Дело, собственно, не в машине, а в иле. Его вычистили во время осмотра и свалили рядом в кучу. А кто-то взял и эту кучу увез. Стало быть, не вы?
— Ил из машины? Что бы я с ним стал делать?
— По-моему тоже, вам он ни к чему. Бумагу о несчастном случае вам выдали, зачем бы вы стали устраивать вокруг этого дела возню.
— А кому могла понадобиться эта грязь?
— Сам пока не пойму. Кому-то, кто очень интересовался вашей машиной. Кому-то, кто не верит в историю с несчастным случаем,
— Как вы можете, господин Такэмура, так говорить? Неужели даже вы меня подозреваете?
— Я выдал вам свидетельство. А тело-то не нашли, сами понимаете. Да и на страховке вы заработали неплохо — как-никак, шестьдесят миллионов.
— Что значит «заработал»? Повторяете досужие сплетни, комиссар. Я знаю, мне многие завидуют.
— Ладно, ладно, свой куш вы сорвали, так что стерпите. Не подумайте, что напрашиваюсь на благодарность, но другой бы вам так просто свидетельства о смерти в результате несчастного случая не выдал.
— Я знаю и очень благодарен вам за это. Я не жмот и не собираюсь все шестьдесят миллионов засунуть себе в карман.
— Ну хватит пока об этом. Значит, мусор увезли не вы?
— Нет-нет, уверяю вас.
— Выходит, кто-то всерьез взялся за ваше дело. Будьте осторожны.
— Неужели это опять тот тип…
— Есть догадки?
— Тут один страховой агентишка пытался что-то обо мне разнюхать.
— Ну, страховой агент — это понятно. Тело ведь не найдено.
— Что вы все заладили «не найдено, не найдено»! Можно подумать, это я его упрятал!
— Не стоит так нервничать из-за какой-то паршивой страховой компании.
— Да я не нервничаю… Просто неприятно, когда тебя подозревают…
— Ну-ну, не надо так волноваться. И это… с женщинами пока ведите себя поскромнее, — со значением добавил Такэмура и повесил трубку.