Психологический феномен состоит в том, что сыщик, долгое время наблюдающий за подозреваемым, начинает испытывать к своей жертве очень личное, чуть ли не родственное чувство. Ненависть к чудовищу, вырезавшему беззащитное население горной деревеньки, ничуть не ослабла в душе Китано, но появилось новое чувство, чувство собственности: мол, этот человек — добыча моя и только моя, никому больше его не отдам. Не раз инспектор ловил себя на том, что ему хочется защитить Адзисава от гангстеров, Накато, продажной полиции и всей империи Ооба.
Должно быть, Уракава и профессор Саката, симпатизировавшие Адзисава, почувствовали в вопросах сыщика это его стремление, и потому пошли ему навстречу.
Вскоре Адзисава, некоторое время не проявлявший признаков активности, зашевелился. Это обрадовало Китано: он не знал, связаны ли поиски убийц Томоко с основной целью расследования, но энергичные действия объекта предоставляли больше шансов обнаружить что-нибудь интересное.
Подробные донесения о развитии событий в Хасиро регулярно поступали к начальнику штаба розыска комиссару Муранага. В самом факте, что следствия, проводимые полицейскими управлениями разных префектур, пересеклись, ничего экстраординарного не было. Но в данном случае положенно осложнялось сомнительной репутацией полиции Хасиро, поэтому Дед предпочитал занимать весьма осторожную позицию.
Связь полиции Хасиро с кланом Накато была очевидна, фактически городское управление и якудза находились на содержании у одного и того же хозяина — Ооба.
Но в полиции не любят выметать сор из избы, факты служебных преступлений, как правило, на суд общественности не выносятся. Да и в префектуральном управлении влияние Ооба тоже было сильно. Там имелась специальная служба контроля за деятельностью полиции, но этот орган никогда не отличался эффективностью. Дело в том, что начальником этого отдела в префектуральных управлениях назначают обычного полицейского чиновника, для которого это всего лишь очередная ступенька перед получением следующей должности. Существует служба контроля больше для проформы, большого значения ей не придается.
Если даже она обнаруживает злоупотребление, совершенное кем-нибудь из коллег, то смотрит на него сквозь пальцы, если, конечно, это не что-либо из ряда вон выходящее. Начальник отдела контроля боится прослыть среди своих «стукачом», навсегда испортить себе репутацию и заслужить всеобщую ненависть. Недаром эта служба заработала презрительное прозвище «шито-крыто».
Полиции же другой префектуры соваться в чужую епархию и вовсе было не с руки.
— Дела-а, — покачал головой Дед, выслушав очередной рапорт Китано.
— По моим предположениям, Адзисава заподозрил, что в гибели Акэми Идзаки не все чисто, стал искать труп и вышел на аферу с дамбой. О махинациях с земельными участками мне рассказал крестьянин, с которым разговаривал Адзисава, его зовут Косабуро Тоёхара. Имеются косвенные доказательства того, что труп Акэми Идзаки спрятан где-то в тех местах.
— Но что нам даст труп? С нашим делом это никак не связано.
— Прямой связи, разумеется, нет. Но Томоко Оти, очевидно, была убита именно за то, что попыталась разоблачить махинации с землей в газете. Теперь Адзисава в одиночку разыскивает убийц, что должно действовать на нервы семейству Ооба. Ведь он давно известен им как главный организатор поисков в низине Каппа.
— Ты думаешь, они попробуют его убить?
— Уже пробовали.
— Да? Ну-ка расскажи.
— Самосвал, принадлежащий фирме «Хэйан» — это одна из компаний, за которыми стоит клан Накато, — чуть не раздавил его в лепешку. Адзисава спасся только благодаря поразительно быстрой реакции.
— Ты думаешь, это нападение подстроили Ооба?
— Доказательств у меня нет, но, если сопоставить факты, логично предположить именно это.
— О-хо-хо, — вздохнул Дед, — ну и история!
— С первого раза у них не вышло, но это их не остановит. Будет и второе покушение, а если понадобится, то и третье. На тамошнюю полицию полагаться нечего, она его защищать не станет. Скорее, сама при случае постарается обезвредить.
— Вот переплет, — озадаченно произнес комиссар Муранага. С таким запутанным делом ему сталкиваться еще не приходилось: сначала подозреваемый оказался замешан в убийстве, которое расследовала полиция другой префектуры; потом выяснилось, что полиция там насквозь прогнила и теперь подозреваемого чуть ли не приходится от нее оберегать! Если Адзисава свернет себе шею, многомесячная кропотливая работа, терпеливое сидение в засаде — все пойдет насмарку. Полиция Хасиро, вместо того чтобы помогать следствию, превратилась в его злейшего врага. Даже опытный Дед не знал, как тут быть.