Выбрать главу

О том, что непризнанная республика «включена в зону Олимпиады», первыми заговорили министр иностранных дел Абхазии Сергей Шамба и российский вице-премьер Александр Жуков. По словам Жукова, на территории Абхазии могут быть построены цементные заводы, продукция которых будет использоваться для строительства олимпийских объектов в Сочи, а также производство гальки и кирпичный завод. За этими заявлениями последовали возмущенные речи грузинских лидеров и, самое главное, не менее возмущенные выступления представителей американского Госдепа - того самого, стараниями которого был организован бойкот московской Олимпиады 1980 года.

Вообще, привлечение Абхазии к олимпийской подготовке - шаг абсолютно логичный (Черноморское побережье Кавказа - в любом случае единый регион), и если бы не заявления официальных лиц, скандальным этот шаг, скорее всего, не стал бы. Но формальный статус Абхазии, признаваемый мировым сообществом (по крайней мере, пока), и реальное положение республики сильно отличаются друг от друга. Для всего мира Абхазия - мятежная провинция Грузии. Для России - фактически один из субъектов федерации, населенный гражданами РФ, полностью встроенный и в российскую экономику, и в систему безопасности, имеющий устойчивые политические и деловые связи с другими регионами (прежде всего с Москвой) и не менее устойчивые неформальные контакты с российскими федеральными властями. Рано или поздно формальный и реальный статус республики, конечно же, будут приведены к общему знаменателю. К какому именно - пока не знает никто; вполне может быть, что России все-таки удастся увязать судьбу Абхазии с судьбой Косова и добиться для республики настоящей независимости. Но пока будущее Абхазии остается максимально туманным, и России, очевидно, не стоит рисковать ради этой республики таким подарком (или авансом) судьбы и Запада, как Олимпиада в Сочи.

Но Россия зачем-то рискует, буквально просит внешнеполитической бури. Как будто в бурях есть покой.

Пичугин. Когда два года назад в Мещанском суде оглашали приговор Михаилу Ходорковскому, на Каланчевской улице, через дорогу от здания суда, всю неделю (приговор был очень длинный) шел ежедневный митинг - несколько сотен граждан с портретами подсудимого скандировали «Позор!» и «Миша!», женщины плакали, молодежь дралась с милицией, Гарри Каспаров давал интервью на английском языке.

Вынесенный 6 августа Мосгорсудом приговор другому фигуранту «дела ЮКОСа», Алексею Пичугину, вызвал в обществе куда меньшие страсти. И не только потому, что «дело ЮКОСа» само по себе уже давно вытеснено на периферию общественного сознания, фан-клубы распались, футболки с надписью «Свободу МБХ!» уже изношены, а новых никто не сшил. Дело Пичугина и два, и три года назад даже у тех, кто искренне сочувствовал Ходорковскому, вызывало очевидную неловкость. Бывшего сотрудника службы безопасности ЮКОСа обвиняли в организации убийств мэра Нефтеюганска Петухова и предпринимателя Корнеевой, а также покушении на предпринимателя Рыбина. Ранее Пичугин уже был приговорен к 20 годам колонии за организацию убийства супругов Гориных и покушения на бывшую советницу Ходорковского Костину, и теперь единственно возможным приговором для него было пожизненное заключение - к которому Пичугина и приговорил Мосгорсуд.

Почему общество отреагировало на приговоры Пичугину и Ходорковскому настолько по-разному? Очевидно, все дело в том, что никакого «дела ЮКОСа» на самом деле не существует. Есть дело Ходорковского, есть дело Пичугина - и это совсем разные дела.

Основной причиной возмущений, сопровождавших арест Ходорковского, была вопиющая неуникальность его деяний: никто не спорит с тем, что за те же преступления легко можно посадить любого олигарха 90-х. Пичугин тоже совсем не уникален - вряд ли кто-нибудь согласится поверить, что служба безопасности ЮКОСа была в те годы единственной корпоративной службой безопасности, которая оставляла за собой кровавый след. Но довод «все так делали», безупречно срабатывающий в случае с Ходорковским, на Пичугина не распространяется и не может распространяться. Нарушившего человеческий закон Ходорковского простить нетрудно, Пичугин же нарушал не только человеческие законы, и «все так делали» в его случае - не оправдание.