— Ну, скажем… ты оставил фарцу и ушел в брокерство без меня, — подковырнул Рафинад.
— Тогда было несерьезно. Тогда я решил просто посмотреть, что к чему. А теперь совсем другое, понимаешь, серьезный шаг. А ты — мой счастливый амулет.
— Ладно, ладно… Подхалим, — улыбнулся Рафинад. — Слушай, а кто этот Сулейман? — вырвалось у Рафинада, не сладил он со своим любопытством.
— Сукин сын, — коротко проговорил Чингиз. — Хотел меня склонить к своему бизнесу.
— Какой-нибудь ресторанчик?
— Живой товар возить в Турцию.
— Не понял?
— Чего не понял? — Чингиз вновь подкурил погасшую папиросу, затянулся. — Блядей поставлять в Турцию.
Рафинад молчал, он ждал, о чем еще поведает Чингиз.
— Мы с ним учились в школе, в Махачкале. Потом вместе служили в армии, под Кингисеппом. Там подружились. Знаешь, как… Нас там иноверцы мордовали, нас с Кавказа было в роте несколько ребят. Словом, стояли друг за друга. Сам понимаешь. А после армии не виделись. Вообще-то я уже в армии кое-что проведал о нем, он и там был сучара. Так что дружба распалась. Ну, и с тех пор о нем ничего не знал. Вдруг вваливается сегодня ко мне. Адрес узнал у кого-то из знакомых. Предлагает мне пай в своем деле…
— Но это же… крутой криминал, — буркнул Рафинад.
— Говорит — нет в законе статьи о торговле живым товаром… Ладно, ну его к бениной маме. Давай вернемся к нашим делам. Я тебе расскажу о своей затее.
— Лучше расскажи о бизнесе этого Сулеймана.
— О! Заинтересовался?! — засмеялся Чингиз. — Хочешь, я тебя ему порекомендую? Нужен надежный человек.
— Все-таки.
— Ну, вербует здесь телок. В Турции русские бабы пользуются успехом. Собирает караван из трех телок. Везет в Грузию. Там налажен канал. Оформляют документы. А то и без документов переправляют. Система отработана. Сулейман уже две партии переправил, приехал собирать следующую… Телки работают месяца три-четыре. Круг клиентов постоянный, поэтому требуется обновление, дело тихое, деликатное…
— И чем бы тут занялся? — спросил Рафинад. — Дегустацией?
— Пока они там промышляют, я должен был бы сколотить группу, — ответил Чингиз. — Остальное — его забота…
— Интересно, интересно… И как же они там работают? Чужая страна.
— Все налажено. Там везде свои люди… А работают? Две телки пасут клиентов, это чистый доход, а третья работает только на покрытие внутренних затрат компании — еда, гостиница, аренда помещений и прочее. В конце навигации доход делят из того, что наработали те две телки. Справедливо, на всех. Чтобы не было обид. На Сулеймана, на проводников, на самих телок. И все довольны. Особенно бабы. Возвращаться обратно не хотят, там остаются, кто в Турции, кто завербовывается на Запад…
— Не понимаю, — прервал Рафинад. — А визы, ОВИР, загранпаспорт?
— Какие визы?! — усмехнулся Чингиз. — Такой сейчас бардак на южных границах. Ходят в гости, туда-сюда… Это здесь мы думаем, что граница на замке, чепуха все. Такая там заваруха сейчас. За «зеленые вездеходы» что угодно можно сделать. Водят телок какими-то тропами. Дегустируют в свое удовольствие, чтобы телки не потеряли навык. Не жизнь, а рай… Слушай, я не для этого тебя позвал. Хотя, честно говоря, Сулейман и меня сбил с толку, сукин сын. Наркотики, говорит, возить опасно, можно схлопотать неприятности. А блядей — сколько угодно. Но, уверяю тебя, мое предложение интересней. И без риска подхватить СПИД… Ты о чем думаешь?
Рафинад взглянул на приятеля, усмехнулся.
— Надо было мне поступить проще, — ответил Рафинад. — Надо было сунуть ей в карман куртки рублей пятьдесят, усадить в такси и поехать к Феликсу Чернову на дачу. А я, как последний идиот, интересовался, что она читает, вспоминал люстру Елисеевского магазина. Дважды идиот.
— Ты о чем? — Чингиз сбросил столбик пепла.
Рафинад рассказал о встрече с Ингой в троллейбусе, о том, что он видел из форточки. Чингиз хохотал.
— Круглый идиот, — искренне казнил себя Рафинад. — Главное, смотрела, курва, на меня, словно я — блоха, — распалялся Рафинад.
— Сулейман хвастался, что у него бабы первый сорт, из графских кровей, — продолжал веселиться Чингиз. — А так он мог бы, не выходя с Московского вокзала, собрать роту. Фирма веников не вяжет. Так что твоя Инга неспроста задирала нос, белая кость… Ладно, плюнь и разотри. Я тебе серьезное дело предлагаю.
Глава вторая