Тихо, но не незаметно. Конечно же, все видели, как шлюпка отчаливала, и, само собой, капитан Пуллингс его встретил, и, разумеется, там были до блеска намытые юнги, подававшие фалрепы, пока он проворно поднимался, что было и к лучшему, поскольку за ним немедленно последовал доктор Мэтьюрин, такой же непривычный к некоторым аспектам морской жизни, как мистер Обри к изящной литературе, и даже менее того, поскольку совсем недавно Джек читал вслух "Макбета", очаровав своих дочерей, в то время как Стивен не думал ни о кораблях, ни о море с тех пор, как ступил на берег, и ухитрился забыть почти все из того немногого, что он когда-либо знал; более того, он успел впасть в какое-то задумчивое оцепенение и очнулся за мгновение до того, когда шлюпка стала к борту и ее равномерное движение прекратилось. Бонден и большинство гребцов были хорошо знакомы с его периодической рассеянностью и прекрасно знали о его слабых морских навыках; и хотя море было спокойным, как пруд с утками, они заботливо подталкивали его сзади, умоляя "хвататься за эти веревки, сэр, за эти мягкие штуки", и поочередно ставили его ноги на ступеньки, в конце концов доставив его на борт сухим, что само по себе было немалым достижением.
И все же, оказавшись на корабле, он продолжал оглядываться по сторонам с несколько туповатым, ошеломленным видом. Долгое время и тысячи километров морей и океанов он провел на маленьком фрегате; и хотя много лет назад он недолго плавал на линейном корабле, воспоминания об этом совершенно стерлись, и теперь "Беллона" поразила привыкшего к "Сюрпризу" доктора своей необъятностью, и он, совершенно сбитый с толку, с изумлением смотрел на ютовую надстройку и всех этих многочисленных матросов. Он почувствовал себя уязвимым, и лицо его приняло холодное, замкнутое выражение; но его старый друг Том Пуллингс, подошедший пожать ему руку и поприветствовать на борту, был знаком с причудами доктора даже лучше, чем матросы, и, говоря очень громко и внятно, сказал ему, что двое из его ассистентов прибыли на борт вчера вечером и теперь ждали его в лазарете; возможно, он хотел бы повидаться с ними, прежде чем Том представит ему офицеров.
– Мистер Уэзерби, – обратился он к румяному парнишке в новенькой форме. – будьте добры, проводите доктора в лазарет.
Они спустились вниз, на верхнюю орудийную палубу с ее длинными рядами восемнадцатифунтовых орудий по обоим бортам, потом еще ниже на главную орудийную палубу, сейчас полутемную из-за того, что орудийные порты закрыты для покраски.
– Вот где я обитаю, сэр, – сказал юноша, указывая на оружейную. Стивен был в штатском и не проявлял никаких признаков того, что когда-либо путешествовал по морям, и парнишка все ему объяснял. – Знаете, сэр, я еще не получил звания мичмана, так что я обедаю с канониром и полудюжиной других ребят, и жена канонира очень добра к нам. Она нас учит, как починять одежду. А теперь, сэр, – Он повел Стивена вперед. – вот сюда, пожалуйста, смотрите под ноги, за этой ширмой спят матросы, набившись битком, когда койки спускают вниз. А вот здесь, за этими ширмами, – то, что мы называем лазаретом.
В темноте показались две фигуры, едва различимые, но явно нервничающие.
– Доброе утро, джентльмены, – сказал Стивен. – Я судовой врач, Мэтьюрин.
– Доброе утро, сэр, – ответили они, и первый ассистент сказал: – Меня зовут Смит, сэр, Уильям Смит, ранее я работал на "Сераписе" и больнице в Бриджтауне.
Второй, покраснев, сказал, что его зовут Александр Маколей, что после окончания учебы он работал в больнице Гайс, где почти пять месяцев делал перевязки у мистера Финдлея, и это его первое назначение на корабль.
– Мы что, действительно находимся в лазарете "Беллоны"? – потрясенно спросил Стивен. – Мистер Уэзерби, будьте так добры, поднимитесь на шканцы и спросите вахтенного офицера, можно ли открыть орудийный порт.
Не успел он договорить, как раздался скрип и скрежет, и крышка ближайшего порта поднялась, впустив квадратный луч света и показав два дружелюбных лица – Джо Плейса и Майкла Келли, сопровождавших Джека Обри еще со времен его первого брига "Софи" и бывших очень старыми друзьями Стивена.
– Джо Плейс и Майкл Келли, – сказал Стивен, пожимая им руки через порт. – Очень рад вас видеть. Джо, как заплата на твоем черепе поживает?
Матросы резко подняли головы, услышав какой-то приказ сверху.
– Есть, сэр, – крикнули они невидимому отсюда офицеру, незаметно подмигнули Стивену и исчезли.
Стивен повернулся к окружавшему его безобразию.