Стивен заметил, как изменилось его лицо, – крупное, красное, несмотря на загар, с сияющими необычным блеском голубыми глазами, лицо добродушного человека, – и увидел бумаги в его руках.
– Я уверен, вы все об этом знаете, Стивен? – Стивен кивнул. – В любом случае, для вас есть документ, – он протянул ему бумагу. – Может, пройдемся на юте?
Полное уединение, даже для коммодора первого класса с капитаном в подчинении и в шляпе контр-адмирала, было редкостью на военном корабле, в этом чрезвычайно любопытном, любящем сплетни сообществе, особенно на корабле с такими любопытными матросами, как Киллик и его помощник Гримбл, чьи обязанности приводили их в самые недоступные для простых смертных места и которые прекрасно разбирались в том, через какую решетку на какой палубе и при каком ветре лучше всего доносились голоса.
Вскоре сигнальщик и его помощники покинули ютовую надстройку, – изящную полукруглую площадку примерно пятнадцать на восемь метров, – и Джек со Стивеном некоторое время расхаживали по палубе от одного борта к другому.
– Вы не знаете, с чего начать, любезный, – сказал Стивен после пяти-шести поворотов. – поэтому я сам расскажу вам, как обстоят дела. Ирландский вопрос, как его начинают называть в газетах, на мой взгляд, может быть решен двумя простыми мерами: эмансипацией католиков и роспуском союза; и вполне возможно, что со временем это произойдет без насилия. Но если бы французы вторглись туда и принялись вооружать недовольных, начался бы сущий ад, бесконечное насилие, и это могло бы даже нарушить равновесие, обеспечив победу этому дьяволу Бонапарту. И что бы тогда случилось с Ирландией? Она оказалась бы в гораздо худшем состоянии, под властью умелой и абсолютно беспринципной тирании, католической только по названию и удивительно жадной до наживы. Вспомните Рим, Венецию, Швейцарию, Мальту. Нет. Хотя это огорчило бы многих моих друзей, я от всего сердца хотел бы предотвратить высадку французов. Я достаточно долго прослужил на флоте, чтобы предпочесть меньшее из двух зол.
– Так и есть, брат мой, – сказал Джек, с симпатией глядя на него. – Разумеется, мне поручено консультироваться с вами по сложным вопросам, и я покажу вам все документы, когда у вас будет свободное время, хотя мимоходом позвольте мне сказать, что Адмиралтейство, заметив, что потери людей от болезней на судах у побережья Африки иногда бывают очень велики, сообщило, что в случае необходимости корабль с большим числом больных мог забрать достаточное количество пациентов с других судов и отправиться на остров Вознесения, где в соответствующее время года можно поправить здоровье с помощью черепах, чистой пресной воды и определенных зеленых растений.
– Ах, остров Вознесения... – с тоской в голосе произнес Стивен.
– И говорят, что сейчас губернатором Сьерра-Леоне служит мой старый товарищ Джеймс Вуд. Вы же помните Джеймса Вуда, Стивен? Ему прострелили горло под Порто-Веккьо, и он говорит с хрипом; мы поднимались на борт его корабля в Даунсе, когда он командовал "Гебой", и он приезжал погостить в Эшгроув.
– Тот жизнерадостный джентльмен, который наполнил свой корабль таким немыслимым количеством веревок, краски и тому подобного?
– Да, он не стеснял себя формальностями и любил выходить в море на хорошо снаряженном корабле, даже если для этого требовалось удивительно сильно расположить к себе работников верфи. А еще он отлично играет в вист.
– Я хорошо его помню.
– Конечно, помните, – сказал Джек, улыбаясь при воспоминании о том, как капитан Вуд однажды ловко дал взятку и приобрел один из запасных якорей флагманского корабля. – И поскольку вы все знаете о второй части нашего задания, – продолжил он почти шепотом. – я вообще не буду распространяться об этом: ни слова, ведь, как говорили древние, за молчание дают золото. Но я расскажу вам о первой части миссии – о том, как нам нанести удар по работорговле: от нас требуется сразу же поднять большой переполох, чтобы все наблюдатели изумились, а также освободить как можно больше рабов. Пока у меня совсем нет опыта в этой конкретной деятельности, и, хотя я ознакомился с довольно скудными отчетами командиров, выполнявших подобные задания, мне все равно хотелось бы узнать гораздо больше, и я считаю, что задавать вопросы – это единственный способ что-либо выяснить. Книгу или отчет, конечно, не спросишь, но вот переговорить с их автором было бы очень полезно. Поэтому я намерен вызвать всех капитанов и расспросить, что им известно, а затем пригласить их завтра на обед. Он шагнул вперед и крикнул вниз, на шканцы: