– Капитан Пуллингс!
– Сэр?
– Вызвать всех капитанов на борт.
– Так точно, сэр. Мистер Миллер, – сказал он вахтенному офицеру. – Вызвать всех капитанов.
– Так точно, сэр. Мистер Соумс... – И так приказ передавался от сигнального лейтенанта к сигнальному мичману и, таким образом, до самого старшины сигнальщиков, у которого было достаточно времени, чтобы подготовить вымпел "Всем капитанам прибыть на борт", который взлетел на верхушку мачты "Беллоны" мгновением позже и был передан по всей линии, вызвав переполох во многих каютах, где капитаны тут же сбрасывали свои парусиновые брюки и нанковые куртки – день был жаркий, с кормы дул легкий ветерок, – и, обливаясь потом, натягивали белые чулки, белые бриджи и белый жилет, а поверх всего этого – синий суконный сюртук с золотым шитьем.
Они прибыли без какой-либо последовательности, но вовремя, только шлюпка с "Темзы" несколько запоздала, и было слышно, как ее капитан минут пять проклинал своего мичмана, рулевого и "этого сукина сына на носовом весле". Когда все они собрались на юте, который Джек счел более просторным и подходящим для свободных бесед местом, чем шканцы, он сказал:
– Джентльмены, я должен сообщить вам, что мои приказы требуют от эскадры провести очень решительную демонстрацию силы при нашем первом прибытии на побережье. У меня есть замечания и наблюдения предыдущих командиров эскадр в этом регионе, но я также хотел бы задать вопросы офицерам, которые бывали в этих местах. Итак, служил ли там ранее кто-то из вас или ваших офицеров?
Послышался общий шепот, все переглянулись, и Джек, повернувшись к капитану Томасу, который долгое время служил в Вест-Индии и владел там недвижимостью, спросил его, не хочет ли он что-нибудь сказать.
– А почему я? – воскликнул Томас. – Почему именно я должен рассказывать о работорговле? – Затем, увидев изумление на лицах окружающих, он взял себя в руки, кашлянул и продолжил: – Прошу прощения, сэр, если я говорил несколько резко, просто меня вывела из себя тупость моих гребцов. Нет, мне тут нечего сказать, – Тут он снова осекся, и взгляды Стивена и мистера Адамса на мгновение встретились; выражения на их лицах совершенно не изменились, но каждый был уверен, что проглоченные Томасом слова были восхвалением работорговли и даже самого рабства.
– Что ж, жаль, что придется начинать с чистого листа, – сказал Джек, оглядывая молчавших капитанов. – Но из отчетов моих предшественников совершенно ясно, что большую часть времени нам придется иметь дело с небольшими судами, действующими в прибрежной зоне, и я хотел бы, чтобы все присутствующие офицеры убедились, что все шлюпки находятся в хорошем состоянии, а их экипажи хорошо обучены ставить мачты и проходить под парусами значительные расстояния. Мистер Ховард, мне кажется, я видел, как позавчера вы удивительно быстро спустили на воду свой катер.
– Да, сэр, – со смехом ответил Ховард. – Это случилось из-за обычной идиотской выходки одного юнги. Он загарпунил тунца с таким усердием, что вылетел из носового порта, ведь гарпун был крепко привязан к его запястью. К счастью, катер как раз переставляли на другое место, так что мы сразу же спустили его за борт и спасли наше единственное приличное оружие.
– Отличная работа, – сказал Джек. – Просто прекрасная. А слово "оружие" напомнило мне о том, что быстро спускать шлюпки за борт и хорошо ими управлять очень важно, но это не должно, ни в коем случае не должно влиять на наши артиллерийские учения, результаты которых, как вы все согласитесь, все еще оставляют желать лучшего. Однако завтра у нас несколько необычный день, и я надеюсь, что после учений у вас останется достаточно времени, чтобы пообедать со мной.