Глава 22
Телепортация на базу друкари оказалась не такой неприятной, как я ожидал. Вспышка света, секундное ощущение растворения в пространстве, и мы оказались внутри огромного металлического помещения. Первое, что бросилось в глаза — активное движение вокруг. Десятки ксеносов сновали туда-сюда, перенося различные части оборудования, устанавливая консоли, прокладывая кабели. Воздух наполняли звуки металла, приглушенные команды на языке эльдар и гул работающих механизмов.
Самым странным были неравномерные стены. Частично они были яркими и отражающимися в варпе, а частично безжизненными. Огромное количество металлических заплаток буквально вгрызались в первоначальную текстуру стен, создавая впечатление хаотичного, поспешного ремонта. Местами проглядывали странные символы, высеченные в первоначальном материале — они словно пульсировали в тусклом освещении, излучая едва заметное синеватое сияние.
— Добро пожаловать на «Теневую Иглу», — произнесла Ризалия, поправляя шлем. — Наша попытка создать безопасную базу.
Я посмотрел в узкое смотровое окно рядом с нами. За ним простиралась безжизненная поверхность планеты — серая, покрытая кратерами, без малейших признаков атмосферы. Над горизонтом висело тусклое солнце, окрашивая пустынный ландшафт в болезненные оттенки желтого и оранжевого. На поверхности виднелись фигурки рабочих в защитных костюмах, возводящих какие-то конструкции. Их движения казались неестественно быстрыми в слабой гравитации этого мира.
— Удивительно, — отметила Имоен, стоя рядом со мной, — Так выглядят другие миры? Место подходит, чтобы его изучить!
Я на мгновение был шокирован. Имоен выражает эмоции? Это было еще более редким событием, чем доброта от Ризалии.
— И чтобы умереть, если что-то пойдет не так, — добавил я.
Ризалия усмехнулась.
— Для тех, кто тысячелетиями живёт в искусственных мирах, среда обитания — вопрос технический. Через неделю здесь будет полноценная база с собственным микроклиматом.
Некоторые эльдар таращились на мон-кей, но присутствие мандрагоры их пугало. Мы же не особо переживали о компании ксеносов.
Ризалия повела нас по коридору, украшенному резными панелями с изображениями странных существ, извивающихся в агонии. Стены имели легкий пурпурный оттенок, а освещение — неприятный зеленоватый цвет, бросающий жуткие тени. Под ногами пол был выложен плитами из темного металла, местами потрескавшегося и испещренного странными рунами. С потолка свисали причудливые светильники, похожие на застывшие в агонии тела, испускающие тусклое свечение.
— Сейчас мы в центральном модуле управления. Его отделили от флагмана моего кабала. Весь корабль перенести было невозможно.
— Сколько здесь уже людей? — спросил я, замечая редких рабов-людей среди друкари.
— Около пятисот. В основном техники и обслуживающий персонал. Рабов не больше сотни — только необходимый минимум для поддержания жизнедеятельности элиты. К сожалению, все они клоны с необходимыми нам знаниями. Использовать их для натуральной фермы невозможно.
Когда мы проходили мимо одной из боковых комнат, я увидел там нескольких друкари, склонившихся над человеческим телом. Они что-то делали с его кожей, тонкими инструментами снимая её слой за слоем. Человек был жив и, судя по безумным глазам, находился в полном сознании. Я почувствовал, как Иша внутри меня вспыхнула гневом.
— Как вы смогли так быстро построить все это? — поинтересовалась Имоен, отводя взгляд от жуткой сцены.
— Эта база частично сохранилась со времен империи, — ответила Ризалия, — На планете потерпел крушение древний торговый корабль. Все, что мы сейчас делаем, это ремонт и замена психопластиков. Чтобы полностью избавиться от психопластиков и призрачных костей, потребуется много времени.
Мы продолжили идти по коридору, и с каждым шагом архитектура становилась все более величественной. Стены расширялись, образуя высокие своды, украшенные сложными барельефами, изображающими сцены космических битв и древних ритуалов. Воздух становился прохладнее, а звуки отдавались гулким эхом, создавая ощущение приближения к чему-то важному.
Мы вошли в огромный зал с высоким потолком. Пространство было настолько обширным, что дальние его углы тонули в сумраке, несмотря на многочисленные источники света. В центре располагался овальный стол из тёмного материала, на поверхности которого мерцали голографические проекции. Вокруг стола стояли три фигуры, увлечённые напряжённым разговором. Когда мы вошли, все трое замолчали и повернулись к нам.