Все наточу на славу —
Для хлеба и мясца,
На ворога державы,
На ребра подлеца.
Соседушки-соседки!
Расплата по плечу.
На лестничной я клетке
Судьбу вам наточу.
Как в зеркало, глядитесь
В стальное лезвие!
Вы вновь не народитесь —
Одно у нас житье.
Одна у нас планида —
Живи, пока живешь!
А коль придет обида —
За пазухою — нож…
Летят тугие искры.
И колесо визжит.
Я во тюремной жизни,
Смеясь, точу ножи!
А коль большак — убогий
И за спиной — конвой,
Я помолюся Богу
О ране ножевой.
— Да ты!.. Да ты на себя глянь, босяк ты подзаборный, кандал ты каторжный! Ты что тут затеял — посуду на кухне бить!..
— Валерочка, Валерочка… Тише, ласточка, ты кулаками-то не махай… Не махай…
— Все р-разнесу!.. Выковыряю вас всех, гниды!..
— Да ты што… Да ты што, опомнись, Гончаров, што ты с розеткой-та делашь, не выворачивай ее из стенки, током убьет!..
— Отойди, бабы!.. Гуля-аю!.. Сволота толстопятая!..
— Тихо, тихо!.. Куды ты кастрюлю с супом-та метишь!.. Чай, мясо не тобой куплено!..
— На мои, кровные… Отсохни!..
— Да ты свои кровные все в самую получку просадил!.. Налил глазыньки-то — всклянь!..
— Убери ручищи!..
— Паня, Зина, Тамарка, Анфиса! Ба-бынь-ки!.. Давайте свяжем его, чтоб не мотался!.. Руки ему перевяжем кальсонами!.. Не могу больше, все в синяках, в бане — от баб стыдно!.. Милка уж в заику превратилась, вся дрожит, как заяц: папа с работы идет… Ирод идет! Гитлер домашний!..
— Вяжи его, бабы!..
— У, гусеницы!.. Навалились…
— Охолонь чуток! Охолонь!
— За что только ты нас так ненавидишь, пьянь портовая?.. Ведь жена я тебе, а она — дочь тебе!..
— За то, что вы — беззащитные.
ПРАЗДНИК СРЕТЕНЬЯ ГОСПОДНЯ
Ох я нынче покочевряжусь!..
Шубы, платья, рубахи — в кучу!..
Я сожгу имущество наше,
нажитое в жизни кипучей.
Я ковры со стен посрываю
да с базарными лебедями.
Ну, глядите, Варварка, Милка, —
как горит золотое пламя!
Не хватайте за руки-ноги…
Смерть пришла барахлу мирскому!..
Смерть пришла моему людскому,
в тараканьих обоях — дому…
Дому, выклянченному в главках,
дому, выплаканному в обкомах,
Той каморке, где запах сладкий
Клопомора и спирта, — дому!..
Я верчу газетой зажженной —
вот, Варваркина тлеет шуба!..
Дети-плети, бабки да жены —
все — отзынь!.. Мне огонь лишь любый.
Че ревете? Вы, росомахи!..
Кто у нас в нашем доме главный?!
Че одергиваете рубахи?!
А морозец на улице славный…
Я сейчас над вами потешусь.
Вон отсюдова!.. Дверь — ногою
Распахну… Я или повешусь,
Иль судьбой заживу другою…
На мороз, в рубашонках, — живо!
А не то сожгу — да с тряпьишком!..
Эх, снежок-то колкий, красивый, —
потанцуйте на нем вприпрыжку!
Выметайтесь! Моя закалка!..
Ишь, заплакали, — вы, двухвостки…
Прочь, соседи!.. Мне их не жалко —
Эх, снежок-то резучий, блесткий!..
Че захныкали, кровососки?!
Попляшите — за век короткий,
Где сосу табачную соску,
Где толкаю селедку в глотку!
Брысь! Иконкой трясешь, Киселиха?!..
Праздник Сретенья, што ль, сегодня?!
Потому я и выпил лихо
На помин страданий Господних!
Там Гагарин летал — однако,
Не узрел худых Ангелочков!..
Отвали, истопница, собака!..
Ну, святая выдалась ночка…
Что?!.. Милицию?!.. Вызывайте!
Ишь, козявки, чем испугали!
Да ментов я тех — стукну лбами,
На снежке проштампую — ногами…
Варька, Милка!.. Китайские выдры!..
Вон босые — в сугробе пляшут…
Киселиха, сопелку вытри, —
Это горе мое, не ваше…