Еще с детсадовского возраста Диана решила для себя, что выйдет замуж за военного.
Жила она с матерью-одиночкой и бабушкой. Денег хватало еле-еле, одевались во что попало. В ту же группу детского садика ходили вместе с Дианой дочки майора инженерных войск и летчика. Папы в форме робко переминались с ноги на ногу среди детских шкафчиков и вежливо снимали фуражку, разговаривая с воспитательницей. Подружки гордо держали пап за руки и свысока смотрели на столпившихся в раздевалке детей. Остальные мужчины выглядели не так солидно и терялись на фоне пап в формах. Диана завороженно смотрела на военных, пока взмыленная от беготни после работы по магазинам мама пыталась натянуть на нее ватные рейтузы.
В школе Диана укрепилась в своем решении. Одноклассники, мечтавшие о карьере инженеров, архитекторов, врачей и спортсменов, ее не интересовали. Будучи девочкой весьма привлекательной, она имела возможность выбирать. В восьмом классе портфель Диане носил Костя Корякин, который хотел поступать в Военно-медицинскую академию, в девятом его сменил Игорь Рожкин, готовившийся в училище имени Фрунзе, а в десятом ее встречал курсант училища имени Дзержинского.
Кульминацией был приезд в школу делегации португальских моряков. Диана скромно стояла в первом ряду вместе с подружками, поглядывая из-под длинных ресниц на заморских красавцев. По сценарию девочки должны были на прощанье вручить морякам памятные подарки от имени школы. Млели все дамы, включая завуча и директрису. Учительницы младших классов щебетали и откровенно кокетничали. Преподавательница английского, которая должна была переводить высоким гостям, отводила взгляд и путалась в элементарных речевых оборотах. Всеми забытый физрук обиженно хрустел пальцами в углу и жаловался на женскую непостоянность пожилому физику, которому дамские пассы были давно до лампочки.
Делегация, выслушав невнятный доклад, осложненный путаным переводом, ничего не поняла и вежливо направилась к выходу. И тут один из моряков, поравнявшись с Дианой, взял подарок и, вместо того чтобы пожать ей руку, наклонился и поцеловал ее в щеку. Актовый зал охнул. Поцелуй для моряка не значил ничего, это был просто акт вежливости и внимания к симпатичной девочке. Для Дианы же этот поцелуй стал судьбоносным.
На следующий день она проснулась самой популярной девочкой школы. За право нести ее портфель или уступить очередь в столовой боролись первые красавцы школы. Подруги завидовали до обмороков. Но для Дианы этот поцелуй окончательно все расставил на свои места, и если когда-то в ее душу и закрадывалась шальная мысль попробовать сменить гнев на милость и позволить штатскому проводить ее домой, то сейчас, когда она ощутила на своей щеке обветренные губы морского офицера, шансы гражданских ухажеров упали до ничтожно малых величин.
Получив аттестат зрелости и даже поступив в институт имени Крупской на языковой факультет, Диана стала, как по расписанию, ходить на танцы в военные училища.
Через некоторое время она из любительницы превратилась в настоящую профессионалку. Она научилась различать «зеленых» – малооплачиваемых сухопутных от «черных» – морских курсантов с большим будущим и чеками для отоваривания в «Березке». Заманчиво было также то, что подводники уходили в море на полгода, и это вовсе не означало, что их избранницы обязаны безутешно вглядываться в штормовые просторы Тихого океана на Камчатке или в холодные воды Балтийского моря в Кронштадте или Мурманске. Можно спокойно вернуться в Ленинград и продолжать вести светскую жизнь, не боясь, что нагрянет ревнивый супруг, над головой которого аж до четырехсот метров соленой воды. К моменту прибытия можно прикинуться верной Пенелопой и ждать на берегу с цветами и борщами. Потом, погуляв несколько дней и отоварившись в военторге, отправиться в ведомственный дом отдыха в Крым или на Кавказ, чтобы демонстрировать наряды и печально закатывать глаза, сетуя на тяготы военной службы. Конечно, потом придется снова вернуться на базу, но ненадолго, потому что муж, получив очередное звание, опять отправится в автономку. Через несколько лет можно дослужиться до капитанши второго, а то и первого ранга. Ну, а при идеальном раскладе – стать контр-адмиральшей.