— Следующий!
Вахмистр, сопровождавший кавалеристов, впускает их но одному. Он загородил дверь рукой, словно сдерживая напор толпы, ни дать ни взять контролер у входа в метро. Солдаты не торопятся, просто им на ветру стоять не охота. — Следующий!
Бесьер, думает Сесброн, верно, счел, что я разговариваю слишком запросто с Валье. Потому, видно, он и отодвинул его назад. Примем к сведению. Не подгадил бы мне этот клещ… — На что жалуешься? На ногу. А вымыть ногу, прежде чем к врачу идти, нельзя было? И тебе не стыдно показывать грязную ногу? Ну-ка, Бесьер, дайте сюда шайку, пусть нога отмокнет, я посмотрю потом… Следующий… Так, значит, теперь все подряд с ногами пошли…
Валье нагнулся, чтоб снять носок, и шепнул: — Мне надо с вами поговорить, доктор. — Сесброн сдвинул брови и покосился на Бесьера, тот как раз отводил предыдущего больного к скамье.
— Что у вас? Нога подвернулась?
— Спрыгнул с лошади, господин доктор, — и шопотом прибавил: — Радио слушали? — Сесброн щупает ногу, тот вскрикивает: — Ой, ой! — просто так, наугад, но когда Сесброн нажимает на связку голеностопного сустава, Гильом молчит. А ведь со стороны кажется, будто он из-за боли так выразительно выругался сквозь зубы: — Подлецы! — Бесьер возвращается… Многозначительный взгляд Гильома.
— Послушайте, Бесьер…
— Что угодно, начальник?
— Будьте добры, дайте сюда тальк…
Тальк стоит в углу на полочке.
— Садитесь на табуретку…
Садясь, Гильом успел шепнуть: — Вы читали… про Мориса?
— Вот вам тальк! — возвестил Бесьер и остановился, скрестив руки. Сесброн расстегнул пуговицы на рукавах, подвернул обшлага, чтоб не испачкать их в тальке.
— Начальник!
— В чем дело?
— Зачем вам утруждать себя. Дайте, я помассирую ногу.
— Ничего. Я сам. Проверьте-ка лучше, чистые ли теперь ноги у того… — Бесьер, ворча, пошел выполнять приказание. Сесброн принялся массировать ногу. Да, будь у этого кавалериста хоть намек на растяжение связок, он бы во весь голос орал!
— Играть в футбол в это воскресенье вам нельзя…
Тот быстро шепчет: — Они думали, что теперь он у них и руках… — и прибавляет громче, жалобным тоном: — Нельзя, господин доктор? Капитан рассердится!
Что Бесьеру опять здесь понадобилось? Он объясняет сам, не дожидаясь вопросов. Плохой признак. — Я за мылом. — Придется ему мыло дать… — Взяв мыло, он отходит. Сесброн добросовестно массирует ногу. Валье шепчет: — Они бы его убили…
Сесброн будто не слышит. — Я дам вам освобождение до воскресенья… Но в воскресенье поезжайте в Каркассон — вы будете уже здоровы… да и капитан Бреа…
— Я знаю, что у него, — наставительно замечает Бесьер. — У него ноготь врос, начальник. Столько шуму из-за вросшего ногтя!
— Вам известно, что в таких случаях полагается делать, да? Ну, и займитесь с ним сами…
Бесьер, преисполненный важности, выпрямляется и говорит: — Пойду нагрею воду… — Он опять насвистывает фугу, позабыв о запрещении, а военфельдшер его не останавливает. Он поглощен больной ногой кавалериста.
— Боюсь, что не смогу играть в воскресенье, господин доктор… — Бесьер зажигает спиртовку. Валье наклоняется ниже: — Они уже думали, он у них в руках… И вдруг… фьюит, и улетела птичка!
Тон торжествующий. И сказал это Гильом чуть погромче. Сесброн смотрит на Бесьера. Тот слушает только свою фугу. Понимание масс… Ты задавал себе вопрос: что они подумают? Видишь: фьюит, и улетела птичка… Валье не с кем поговорить, а на сердце у него так много, ему надо было с кем-нибудь поделиться…
Люсьен чувствует, что Бесьер у него за спиной. Нельзя проявлять чрезмерный интерес к растянутой связке.
— Ладно, теперь хватит. Бесьер, дайте сюда повязку Вельпо. Придется посидеть несколько дней с вытянутой ногой. Я зайду проверить, как вы выполняете предписание врача… Спасибо, Бесьер. И если я увижу вас верхом, тогда берегитесь! Бесьер, английскую булавку…
У капитана Барбо какая-то задняя мысль, это ясно… Кто он такой в мирное время? Страховой агент в Нижней Шаранте, где он обосновался после той войны, женившись на девушке из Сен-Жан-д’Анжели, которая писала ему на фронт. У них сын и дочь. По политическим убеждениям он радикал-социалист. У него своя машина, в которой он ездит по клиентам.