Бендера, стоявшего на контроле запасных частей, разбирало любопытство, ему хотелось знать, зачем вызывали Лемерля. И когда тот вернулся на свое место, он шепнул: — Что им от тебя понадобилось? Придираются? — Лемерль ответил не сразу. Он нагнулся над станком, так что виден был только его подбритый затылок, и пробурчал: нет. Он, видимо, был в затруднении, колебался и потом вдруг решился: — Бендер…
— Ну? — спросил тот.
— Слышал новости?
Каким образом 16 мая, в Д7 по обозначению штабов, могло так быстро распространиться известие о том, что немцы уже под Парижем, что правительство покидает столицу, что население эвакуируется? Впоследствии в этом обвинили квесторов палаты депутатов. Всегда нужно найти козла отпущения.
Правда, в то самое время, когда вокруг виснеровского завода, в кафе, у стоек, в задних комнатах и под открытым небом, на улице, рабочие собирались кучками, горячо обсуждали события, когда уже закипал гнев: мерзавцы… мерзавцы… не справились… вот до чего нас довели… все отдают, все бросают… Гитлер в Париже!.. Гитлер… — в это самое время на Кэ д’Орсэ дела приняли такой оборот, что скрывать события уже не было возможности.
Люк Френуа, расставшись с Висконти и выйдя из Бурбонского дворца, вдруг вспомнил о Бенжамене Кремье; он знал его уже много лет; одно время они оба сотрудничали в «Кандиде». Кремье, переводчик Пиранделло, заведовал на Кэ д’Орсэ итальянским отделом, а Люк слышал от Жюльена Кэна, начальника канцелярии Фроссара, что итальянская печать снова выступила с резкими выпадами против Франции. Что бы там ни говорил князь Р. — если Муссолини сочтет момент подходящим…
Кремье сохранил внешность восточного царька и томную мечтательность взгляда, вопреки окружавшим его канцелярским зеленым папкам. Он очень обрадовался приходу автора «Мелузины из Отейля», это хороший роман, ему он очень нравится, главным образом за трагическую иронию, за звучание трубы иерихонской, что несколько напоминает атмосферу «Генриха IV», драмы Пиранделло, которую он в душе предпочитал всему остальному. Жаль, что «Детство в Лузиньяне» книга не такая классическая, архитектонически она слабей и главное… — Каким попутным ветром занесло вас сюда, дорогой Люк?
Поразительно! Только Бенжамен, как его ласково называли в «Нувель ревю франсез», мог употребить сегодня такое выражение. Несомненно, этот человек не способен поверить ни в несчастье, ни в зло.
Пока они говорили об Италии и, разумеется, о текущих событиях, Кремье подали служебную записку. — Вы меня извините… — На лице его выразилось полнейшее изумление. Хотя ему уже раз десять говорили, что немцы заняли Лаон, что собираются эвакуировать министерства, по правде говоря, он как-то не верил, не понимал, не осмысливал сказанного. Но сейчас… служебная записка от начальника канцелярии министерства иностранных дел Алексиса Леже. Да, от поэта… От автора «Анабасиса»… «Образов Крузо». — Вот… Почитайте! — Немедленно вынести архивы всех отделов и сложить в одну кучу во дворе и в саду. Все архивы! Циркулярное распоряжение, которое касается не только итальянского отдела. Все архивы министерства… все дела…
Уже в соседних комнатах началась беготня. И здесь тоже сейчас же по получении циркуляра все принялись за работу. Что же это, втихомолку сматываем удочки? Служители сбрасывали на пол папки с делами, от пыли першило в горле. Чиновники охапками таскали бумаги, дела в одинаковых папках, оберточную бумагу… Куда все это несут? Вывозить? Канцелярии выглядят как после пожара. Надо бы хоть отметить, что уносят, составить опись. Времени нет.
Монзи, как ураган, примчался на Кэ д’Орсэ, прямо в кабинет Поля Рейно, где председатели обеих палат, министр внутренних дел, Даладье и Мандель слушали генерала Эринга, объяснявшего по карте, как в школе, с указкой в руке для вящей убедительности, что Париж необходимо эвакуировать. Генерал Эринг — парижский военный губернатор; тот самый, который был председателем суда на процессе депутатов-коммунистов, привлеченных за то, что в октябре они частным образом направили председателю палаты письмо с предложением созвать международную конференцию для мирного урегулирования международного конфликта. И он же сегодня утром убеждал премьера Рейно, во избежание беспорядков, эвакуировать правительство, палату депутатов и сенат. Поль Рейно только что сообщил всем присутствующим о совете, данном парижским губернатором. Он собрал их, чтобы узнать их мнение, но, по правде говоря, Монзи приехал сюда именно потому, что уже час тому назад председатель совета министров потребовал у него грузовиков, а от Даладье ему передали, что еще сегодня будет опубликовано воззвание к парижскому населению.