Если же этим словам не будет уделено должного внимания, антропология и в принципе человечность как таковая свернёт с тропы истинного становления. Риск утраты ангелов приведёт человечество к результату тотального контроля языка, а потому вместо эволюции произойдёт в историографическом плане ничто иное как человеческая мутация. Соответственно до тех пор, пока язык не будет ограничен техническими средствами, общества и человечность как таковая стоят на пути античеловеческого и антисоциального, так как не ограничивают власть языка человечностью. Если повторить тоже самое другими словами: человек должен наделить властью лишь язык, отграниченный самим человеком; и лишь по той причине, что допустить диктат одного языка есть акт античеловечный, то есть ограничивающий свободу, здесь рассуждается, что государство должно себя изжить, чтобы человечество сохранило свои гуманистические принципы, идеалы и ценности. Во-первых, это связано с тем, что государство признаёт власть лишь себя самой и не позволит в себе же иметь альтернативные источники власти; во-вторых, сама власть государства произведена человеком, неограниченного какой-бы то ни было надчеловеческой категорией. Если рассматривать общества традиционные, религиозные, некоторые незыблемые надчеловеческие категории, понятия, были даны некоторой формой Божественного провидения, как то было, например, с понятием морали. Однако человек лишённый Бога остался наедине с собственной свободой и в то же время бытием перед смертью, и потому всякое действие производимое в таком мире есть действие политическое, но до сих пор неотграниченное ничем как таковым человеческим, так как государственность устанавливает диктат только собственной власти собственной же властью, неограниченной ничем «над» собой же. Такой подход приводит лишь к тому, что называется геополитикой, с некоторой игрой перетягивания каната в стремлении к установлению гегемонии, что уже по своему существу есть неверный курс развития общества, так как установление тотального закона античеловечно. Значит альтернативным путём развития общества является акт лишения государства права на монополию власти, что необходимо сделать для того, чтобы каждый из некоторого множества языков власти был отграничен техникой, то есть человеческим триумфом, выраженным в деятельности программирования. Этот технический триумф есть надчеловеческая категория по той причине, что именно посредством неё можно достигнуть ангела как нового человека, не допустив человеческой мутации в кейсе «язык захватил человечество». Таким образом здесь обозримо становление техники как некоторой высшей пусть будет «анархической ценности», и здесь же на почве разбора дуального становления можно выразить, что проект «коммунмаркетполис» заключает в себе идеалы расы как двигателя экономического корпоративизма, выраженного средствами анархии и кибернетики, и выступающего против форм геополитического характера в любом их проявлении как свидетельства тотального захвата человечества неограниченным Духом, который может быть урегулирован с сохранением власти только посредством религиозного содержания общественной жизни; таким образом человек может остаться человеком с сохранением государства только в случае традиции, которая тем более невозможна, чем более общества религиозно-плюролизованы, толерантны или атеистичны. А потому в сложившихся условиях и необходимо определить смерть-в-себе антропологии с помощью становления эзотерики, что было выражено всем текстом ранее.
Дразареры
Мифологика власти диктует восприятие права и действующий символизм в её исходе. Представив себе утверждение, что власть, всякая она или конкретная от Бога, не рассматривая сейчас утверждение того, кто есть Бог, можно рассмотреть и некоторую обратную форму утверждения, а именно, что неприятие власти, причём власти прямо соотносимой с исходным утверждением о власти как власти «от Бога» как утверждения в данном случае абстрактном и не связанным строго ни с каким утверждением по факту, так как по факту это утверждение мифологично, а потому неоднократно-раскрываемо во множестве смыслов и контекстов, то есть неприятие всякой неустановимой в данном случае власти данной Богом есть некоторый акт, а зная, что власть есть некоторая утверждающая о себе воля выражаемая в формах закона, права и правил, акт отрицания власти (учитывая, что утверждение «власть от Бога» есть утверждение политического характера) есть акт политического характера, а не интеллектуального. Такой некоторый политический акт отрицания власти есть прецендент нарушения закона, и как следствие, выражение некоторого свидетельства несостоятельности утверждения воли наделённого властью субъекта перед силой, превосходящей его форму утверждения. Напомню, что некогда действительно в условиях морали, чести и иных незыблемых категорий акт нарушение закона являлся формой не только антисоциальной, но и антирелигиозной, в условиях же свободы Духа закон и порядок есть ничем необусловленная языковая реинтерпретативная единица, обусловленная лишь самодурством одним или нескольких лиц по обоюдному сговору или согласию, где лица находящиеся во властных структурах не обязаны при этом быть теми субъектами, которым не доводилось познать политическую сторону Богоотрицания.