Я растерянно оглянулась на сестер-воинов. Анксун отделилась от стены и присела слева от меня. «Я помогу тебе», - пронесся ее голос в моей голове. Сразу стало легче.
- Не слишком ли рано для подписания мира? – Раздался холодный голос.
В дверях стояла Лебедь. Вид ее полностью изменился. Волосы в кудрях приподняты и зачесаны назад. Глаза густо подведены черным. Облегающее кружевное платье и шелковый легкий плащ белого цвета не смягчали облик. Хотя иней на ресницах смотрелся забавно. В комнате было достаточно тепло, что не влияло на температуру ее тела. Снежная королева во плоти. Изящной походкой она подплыла к столу, но садится не стала.
- Ты не освободишь меня, сестренка? – Удивился Мрако Шестьдесят шестой.
- Этого не было в моих планах, - холодно усмехнулась она, не наградив его даже мимолетным взглядом, - братишка.
Она смотрела только на одного человека – на Петра, сидящего во главе стола.
- Но как же так, Лебединушка? – Ошарашено воскликнул Мрако. – Почему ты не освобождаешь меня?
- Мой младший брат редкостный тугодум, вам так не кажется? – Хмыкнула Лебедь, переведя взгляд на меня. – Я знала, что ты справишься. Агафья редко ошибалась.
Она сказала о ней в прошедшем времени. Мне это не понравилось.
- Сомнения были. Ты задержалась в Полумраке. Но дальше… Мои похвалы.
- Что за ловушку ты приготовила, Лебедь? – В кои-то веки заговорил Кир. – Для чего это представление? Сперва ты нашла Ротиборы, теперь здесь Тата… Она же девочка. Зачем было привлекать ее ко всему этому?
- Затем, что других детей у тебя нет, - просто ответила ведьма с улыбкой, от которой мурашки по коже разносятся. – Затем, что все вы – мужланы, привыкли недооценивать женщин. А тем временем, мы намного сильнее вас. Не правда ли, Тата?
Я не рисковала отвечать. Уж лучше посижу себе тихонько, помолчу. Хотя меня распирало любопытство: Лебедь – старшая сестра Мрако – КАК?! Как это возможно?
- Хочешь занять мое место? – Догадался Петр.
- Твоего будет мало.
- Ты не можешь править, - вставил Ротибор, до этого во все глаза разглядывавший «невесту». – Только мужчина может быть царем.
- Ваша проблема – незнание истории, господа. Испокон веков царствами Света, Полусвета, Теней, Полумрака и Мрака – правили царицы, ведьмы в своем большинстве. Но затем наступил патриархат и нас сместили. Нас беспощадно лишили власти, отобрали ее. Из нас сделали придворных ворожей. Будто бы это можно сравнить с тем, что мы можем как полноценные правители.
- Ты хочешь править одна всеми пятью царствами? – Недоверчиво спросил Ротибор. – А как же мы? Как же наша свадьба?
- Только «пустышка» может выйти замуж за тебя, - Лебедь одарила его холодным взглядом и присела за стол, - надеюсь, я изъясняюсь на понятном тебе языке.
Судя по ее последней фразе, Ротибор любил прикалываться над ее старомодным стилем говорения. Сейчас он выглядел сконфуженно.
- Итак, Петр. Мой славный племянничек. Ты ведь хороший мальчик. Всегда им был. Мрако в «клетке покоя». Кир и Ротибор. Хм. Они мне даже не соперники. Ты, - она устремила взгляд на меня. – Ты сильна. Но о полной своей силе и не подозреваешь. Они, - кивнула на моих воительниц. – Без оператора они ничто. А книга, как я полагаю, сгорела, выполнив свою единственную задачу. Ты бессильна.
И вновь Петр – единственный объект ее внимания.
- Отдай мне Мрак.
- Теперь я понимаю кто терроризировал Полумрак последние года, - сказал тот. – Царство Теней – золотая середина – почти в твоих руках. Но как же царства Света и Полусвета?
- Ты забыл кто моя мать, Петр? Она главная ворожея Света. Убедить ее в моей чистоте не составит труда. Она же мать. Она доверяется инстинктам, а не знаниям и фактам. Она искренне верит, что темная сторона во мне не отразилась.
Вот так раз. Лебедь – дитя Тьмы и Света одновременно. Двух противоположных сторон. Выходит, это правда. Она – старшая сестра Мрако Шестьдесят шестого.
- Ты лжешь ей. Но она не станет помогать тебе, когда узнает правду.
- Она не узнает. Даже Агафья не догадалась, кто за всем стоит. А моя мать и на треть не так сильна, как была Агафья.
- Ты ее убила? – С ужасом прошептала я.
Лебедь обратила лицо ко мне. В глазах сталь, ледяная пустыня.
- Под конец она поняла это. Но было поздно. А из загробного мира ведьм ей нет доступа в наш.
И только тут – впервые – Лебедь опасливо покосилась на сестер-воинов. Словно они могли общаться с Агафьей даже из загробного мира. Судя по холодному спокойствию воительниц, они не особо переживали происходящее. Будто кто-то нажал кнопку «стоп» или «зависнуть».
- Не усложняй ситуацию, Петруша, - ласково обратилась Лебедь. Под ее ладонью появился исписанный пергамент, который пролетел через весь стол к цесаревичу. – Подпиши его.
- Указ? О назначении тебя царицей Мрака? Не могу. Прости.
- Ты так ничего и не понял? – Улыбка сошла с ее лица, словно ее не было, да и места-то не было. – Можешь ли себе представить на что, - особо выделила последнее слово, - ты обрекаешь свой народ.
- На твой террор. Я знаю. Ты и так этим занимаешься все последние годы. Все это время я наблюдал за тобой и отцом. И молился только одному: чтобы моему брату не пришлось видеть это.
- К слову о твоем брате. – Вновь повернулась ко мне. – Любовь всей этой мнимой жизни – Даниил, верно? Он – второй сын Мрако, второй ребенок царя. Почти как ты, только с правом царствования. Смотри внимательнее, Тата. Сейчас ты видишь как меняется многовековая история наших царств.
Не уверена, что хочу это видеть. Особенно, после услышанного. Всего слишком много. Сперва Андрон, утверждающий, что я мертвая. Затем Лебедь, говорящая будто Даня не просто тоже мертв, но он еще и второй ребенок царя, как я. А как же его работа? Как же вся та жизнь, что у нас была?
Мой взволнованный взгляд не сразу сфокусировался на пальцах Анксун. А ведь все это время она сидела и прямо перед моим носом рисовала заклинания, которые я могла применить. Для того, чтобы нарисовать вязь, не обязательно знать из чего она состоит. Главное, верить, что она сработает в конечном итоге.
По очертаниям я вспомнила две или три защитные формулы, которые до этого использовала на поле против Мрако. Пальчики будто сами карябали ногтями символы на каменном столе. И никто не обращал на это внимания.
Даже Лебедь не сразу сообразила, что ее стул движется на выход.
- Игры со мной – до добра не доводят, - предупредила она меня и обратилась к цесаревичу. - Тебе даже не надо выбирать сторону. С Мрако сняты полномочия. Тебе достаточно передать мне символы правления Мраком.
Вдруг ее лицо исказила гримаса. Огромными глазами она уставилась на меня.
- Думаешь, - ее душила ярость, - можешь остановить меня третьесортными заклинаниями?!
Я непроизвольно съежилась. Анксун с вселенским спокойствием смотрела на Лебедь. Но та сверлила взглядом только меня.
- Ты сильно пожалеешь, - зловеще пообещала она, - что пыталась бороться со мной. Сломить меня тремя символами? Заставить мой стул вылететь от сюда, как из пушечного ядра? Ни. За. Что.
Она не отпускала мой взгляд и в следующий миг я уже не была я.
Смутно помню, как видела себя со стороны. Призвала стражу, Лебедь схватили, хотя я и не видела ее саму, и объединенными силами заключили в ее собственную «клетку покоя». А именно – ледяной куб. Снаружи фактически не видно, что или кто там внутри. Но мы точно знали, что успешно справились с задачей. После чего я не видела себя даже со стороны.
Это очень странно.
Так странно, что даже страшно.