Первое время я молчала. Собственно, все должно быть идеально. Мы с Аланом нежимся на солнышке… Идеальный пикник. Я ничего не оставила на волю случая, но вдруг у меня очень разболелся живот, а это не входило в мои планы.
– Я знаю, сейчас мы можем сделать вид, что… – начал Алан.
– У меня есть рулеты с начинкой из дичи, – жалобно перебила его я. – Ты уже пробовал дичь? Знаешь, как это вкусно? – Я должна была разыгрывать идеальную хозяйку, чтобы избавиться от гнетущей тишины.
– Не волнуйся, – сказал Алан. – Выпей вина, это поможет тебе расслабиться.
– Прямо сейчас? – прошептала я и машинально потянулась к флакону, стоявшему рядом.
Оттого, что Алан высмеивал меня, легче не становилось.
– Нет, то, которое ты уже налила. Вино в бокале.
Алан взял свой бокал и осушил его одним глотком, не полюбовавшись изумительным хрусталем и не насладившись благородным ароматом. Затем он потянулся за графином и налил себе еще. Я потрясенно уставилась на него. Когда мы сидели тут в прошлый раз и пили вино, которое Алан утащил у фей, он едва пригубил спиртное, позволил себе лишь пару глотков, ведь ему нужно было работать, – теперь же он жадно набросился на изысканное вино, словно пытался смыть им свой гнев.
Приходилось лишь надеяться, что мне останется хоть немного. Я не собиралась напиваться, но помнила приятное чувство легкого головокружения и хотела испытать его еще раз – чтобы голова была ясной и я понимала, что делаю, но при этом испытывала чудесное тепло в животе. Главное, чтобы это тепло, будто насмехаясь надо мной, не сменилось тошнотой. И чтобы Алан хорошо переносил спиртное. Я не хотела тащить его на себе из лабиринта – ведь как фея я должна ступать горделиво и величественно, обозревая свои владения.
Вначале я попыталась сдержать его, нарочито медленно отпивая вино и сосредоточившись на рулетах, которые оказались действительно очень вкусными. Если бы не наложенные на слуг чары, я непременно лично поблагодарила бы кухарку за такое угощение, но, похоже, в таком состоянии она не оценит похвалу. Зато теперь она была счастлива в Холлихоке, окруженная милыми феями, которых обожала…
– Все в порядке, Алан? – осторожно спросила я.
Алан хмыкнул, и я поняла, что его веселье в начале пикника было напускным, но теперь ему не хотелось притворяться.
– В порядке? Ты сейчас станешь феей, и еще спрашиваешь меня, все ли в порядке?
– Мы говорили об этом. – Хотя разговор не пришелся мне по душе, я играла Флоранс, голос разума. – Не делай все сложнее, чем оно и так есть. Я приложила столько усилий, чтобы… – Я осеклась, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы.
Нет, я не собиралась разрыдаться перед Аланом, поэтому спрятала лицо за бокалом с вином. Мой пикник был куда красивее, но на пикнике Алана мы чувствовали себя лучше.
Вино действительно помогло нам расслабиться. Алан попросил у меня прощения, а я извинилась перед ним, сама не зная за что, но мне хотелось, чтобы у нас все наладилось.
– Это наш последний день вместе, – напомнила я. – Скорее всего. Я не знаю, что случится завтра. Но сегодня… сегодня я хочу, чтобы ты мне нравился.
– И ничто этому не мешает, – примирительно сказал Алан. – И знай, что ты всегда будешь мне нравиться.
Я ему не верила. Когда я стану феей, у него будут причины ненавидеть меня. Я видела, как он смотрит на флакон с фейским вином – как на злобную мелкую тварь, изготовившуюся укусить меня и заразить смертоносной болезнью. Я переставила флакон себе за спину, чтобы Алан его не видел, и вдруг он показался мне таким огромным. На самом деле флакон был крохотным, но его тень омрачала нам пикник.
Наш с Аланом разговор не вязался, и приятное чувство, которого я так ждала, все не приходило. Напротив, где-то внутри нарастало раздражение, и это чувство не давало покоя, злило меня. Я придвинулась к Алану – просто чтобы что-то сделать. Может быть, опустить ладонь ему на колено?
– Осторожно! Опрокинешь фейское вино! – предупредил меня Алан.
Я мрачно улыбнулась:
– Тебя это, должно быть, только обрадует.
Алан покачал головой:
– Нет, я знаю, что не все так просто… – В его голосе зазвучала грусть. – На самом деле я восхищаюсь тобой за это решение. Вернее, восхищаюсь его причинами. У меня никогда не было подобного выбора, я стал охотником на фей, как все мужчины в нашей семье, и никто у меня ничего не спрашивал. Но ты делаешь так, как считаешь нужным. И может быть, это действительно правильный поступок.
И я, сама того не заметив, потянулась и взяла его за руку.
Красного вина почти не осталось, и я разлила последние капли по нашим бокалам. Не знаю, сколько выпил Алан, а сколько я. Мир вокруг начал расплываться, и я не могла сказать точно, нравилось мне это или нет. Но то ли вино придало мне отваги, то ли моя решимость била через край и я уже не боялась – и я прошептала: