Взгляд лысого наткнулся на нее. Она уже потянулась к кобуре, как вдруг он резко развернулся и побежал по узкому проулку между домами.
Проклятье! Дарби бросилась за ним и мгновением позже была уже на углу. До нее доносился топот удаляющихся шагов.
Она повернула в переулок и заметила впереди тень, мелькнувшую за мусорными баками. Она бросилась в погоню, но, добежав до следующего угла, остановилась. Развернувшись, она увидела, что он выбегает на улицу, и бросилась следом.
Лысый пребывал не в лучшей физической форме, но для такого крупного мужчины он двигался на удивление легко и быстро. Кроме того, он намного опережал ее.
Расстояние между ними начало сокращаться, когда Дарби услышала щелчок захлопнувшейся дверцы. Завизжали шины, это автомобиль резко взял с места. Когда она наконец добежала до угла, то успела заметить лишь багажник темной машины, которая тут же скрылась из виду.
36
Джейми положила электрическую машинку для стрижки волос на газеты, которыми накрыла туалетный столик в ванной. Она остригла волосы после того, как увидела Майкла. Перед этим он выходил из комнаты, чтобы воспользоваться ванной. Она надеялась, что он не станет снова запирать дверь своей спальни.
Так оно и оказалось.
Она приоткрыла дверь и увидела, что сын спит, лежа на боку.
Правая сторона его лица опухла.
Майкл не пошевелился, когда она откинула покрывало в сторону и легла рядом, обняв его одной рукой.
«Теперь для меня единственный способ прикоснуться к своему ребенку — это залезть к нему в постель, пока он спит. Только так я еще могу ощутить его близость».
Глаза у нее защипало. Глотая слезы, чтобы не расплакаться, Джейми поцеловала сына в щеку и осталась лежать рядом. Сон не шел к ней. Под футболкой она чувствовала толстый, грубый шрам у Майкла на груди, оставшийся после операции, в ходе которой врачи спасли ему жизнь.
«Прости меня, Майкл, за то, через что тебе пришлось пройти. И за то, что еще предстоит. Если бы существовал способ все исправить, я бы воспользовалась им. Богом клянусь, я воспользовалась бы им с радостью!»
Майкл пошевелился и поднял голову. Голос его спросонья звучал хрипло и даже грубо. Он ожидал увидеть Картера, потому что иногда младший брат забирался к нему в кровать. Увидев ее, Майкл встревожился.
— Что случилось? Тебе плохо?
— Нет. Я… а-а… в порядке.
Взгляд сына был холодным и неумолимым, как рентгеновский луч.
— Что такое? От тебя пахнет так же, как в воздухе после разрывов петард.
«Он чувствует запах кордита», — подумала она. Никакое количество воды и мыла не способно убить гарь. Она попробовала воспользоваться рецептом, который ей дал как-то инструктор по огневой подготовке, — протерла кисти рук дольками лимона, но, похоже, это не помогло.
— Твое… лицо. Что… а-а… с ним… а-а…
— Не волнуйся, ничего страшного.
Он снова опустил голову на подушку.
— Драка?
Майкл не ответил. Отвернувшись от нее, он стал смотреть в окно.
— Директор… а-а… лагеря… она… звонила…
Он вздохнул.
— Сегодня я подрался с Томми Джеррардом.
— Из-за чего?
— Не имеет значения. Мне пришлось зайти к мисс Френч в кабинет. Я сказал ей, что больше не хочу ходить в лагерь, так что, похоже, завтра я останусь с тобой.
Джейми поцеловала сына в затылок и крепко обняла. Она почувствовала, как он замер и напрягся.
Но Майкл не стал отталкивать ее от себя. И не сбросил ее руку.
— Прости… меня, — снова прошептала она и еще крепче прижала его к себе. — Мне жаль… что Томми… так… а-а… сильно… ударил… а-а… тебя.
Майкл ничего не сказал.
— Люблю, — прошептала Джейми. — Люблю… тебя.
— Но сначала ты побежала к нему.
Джейми замерла, боясь пошевелиться.
— Ты решила, что можешь спасти только одного из нас, — продолжал Майкл, — и ты выбрала Картера.
— Нет! — прошептала она, вцепившись в него обеими руками. — Я…
— Я был там, помнишь? Я видел тебя. — Голос его, едва слышный, был лишен и следа эмоций. — Ты сначала бросилась к нему.
Он был прав. Сначала она подбежала к Картеру. После того как ей удалось освободиться и она встала со стула, к которому ее привязали, после того как она позвонила в службу 9-1-1, она кухонным ножом разрезала скотч, которым ее полуторагодовалый сынишка был привязан к стулу, и стала делать ему искусственное дыхание, пока Майкл, тоже примотанный к стулу, истекал кровью. Она же думала только о том, что должна спасти Картера первым: он был так мал, в него стреляли дважды, и он потерял много крови. Когда прибыла первая карета «скорой помощи», Майкл уже потерял сознание. Старший сын запомнил все, что случилось, и эта память проложила между ними глубокую пропасть, которая не исчезла с годами. Но сейчас он впервые выразил свои чувства вслух и больно ранил ее.