Ребекка сосредоточилась. Сын. Да, он её сын. Теперь у них не осталось никого ближе друг друга.
–Мама, – повторил Тимми, – ты…как?
Он сам знал как глупо звучит его вопрос. ещё бы. Через час они будут стоять у свежей могилы отца и мужа семейства.
–Держусь, – ответила Ребекка. Она и правда держалась плотью.
Но дух её был разбит и, не зная как поступить, прибыл в комнату Великого Ожидания.
***
Дух Ребекки. Душа… тонкая, нежная, жившая впервые. Она с детства имела хватку, легко училась и была уверена в себе. Она точно знала что она может и чего не может. Её душа, жившая впервые, соответствовала замыслу на её счёт.
В свои годы Ребекка была на хорошем счету у начальства, имела дом, взрослого сына, крепкую семью. На это и была нацелена её душа. На ровное, мирное счастье.
Теперь разбитое.
Без поддержки Пола Ребекка ослабела мгновенно, лишилась опоры и веры. С Полом она была знакома большую часть жизни, его одного любила, любила искренне и мирно, и была счастлива этим.
–Помоги мне, – позвала душа Ребекки Оэунс-Бриджес. – Помоги мне, уведи меня!
Я был там. Я её видел. Но я не отозвался. К чему? Её душа ещё молода. Её душа ещё оправится, и потом – оправится и плоть. Пройдёт деревянность в пальцах, отойдёт сердце, позволяя разрыдаться и снять раздражённую сухость глаз.
Эта душа была ровной, мирной и сильной. Она не претендовала на что-то великое, довольствовалась тем, что приобрела и что хранила.
И хватку свою Ребекка использовала для того, чтобы успевать по дому, в учёбе или в работе. Она не интриговала, не носила в себе мести, зато могла навести порядок в доме и организовать выезд на семейный пикник, чтобы предотвратить разъединение Пола и Тимми, живших разными мирами.
–Уведи меня! – рыдала душа Ребекки.
Но я не появлялся. Говорят – жестокость – изобретение ангелов. Как тень смерти, не имеющей ничего общего с ангелами, я возражаю. Жестокость пришла до них.
И от того жестокость осталась и укрепилась в мире, что без жестокости нельзя. Я сейчас поступал жестоко с ней, но то был замысел и, то было милосердием.
–Помоги мне! – надрывалась душа, но я не отвечал, и это было ответом.
Никто не поможет. Никто не придёт. Выбирайся, девочка, сама, твой срок ещё не пробил. Ты не Пол Оуэнс, который лишь полагал себя уставшим и искал успокоение в рутине.
Ты другая, душа. Так что вставай.
И душа Ребекки встала. Не найдя утешения в мгновенной слабости, не найдя снисхождения, она ушла. Ушла обратно в своё тело.
***
–Мама? – Тимми показалось что зрачки Ребекки как-то странно дрогнули. И сама она вдруг как-то обмякла.
Ребекка взглянула на него осмысленно, выдавила слабую улыбку, собираясь с мыслями. Ничего, что Пола больше нет. она справится. Она не одна. У неё есть сын. У неё есть память. У неё есть опора. Где-то внутри всей её сущности.
Ребекка переживёт.
–Всё будет хорошо, Тимми! – она горячо сжала руку сына. – Поверь мне, мы справимся. Наш папа всегда с нами. Жизнь не кончается смертью. Она кончается с безразличием живых.
Тимми обнял мать. в этом объятии был его ответ, его глубочайшее заверение в том, что он будет рядом, что поддержит, поможет, что они справятся, и самое важное – его вера в светлую память об отце.
Об отце… для Тимми это было странно. Ему казалось, что отец всегда где-то далеко –далеко мыслями. Не здесь. Нет, у Тимми не было никаких обид, отец дал ему очень многое, и проводил даже с ним раньше время, но это ощущение чего-то чужого, чего-то разделяющего их – не покидало Тимми никогда.
Страшно сказать, но в мыслях Тимми Пол Оуэнс скончался как отец ещё до физической смерти, когда спрятался за стеной какого-то нарочитого отчуждения от него. На вид всё было в порядке, но Тимми видел страшную пустоту и равнодушие в глазах отца и сейчас испытывал от его смерти едва ли что-то горше, чем смерть приятеля. Не друга даже.
Но маму ему было жаль.
Ещё три дня назад Тимми получил предложение отправиться в командировку. В плюсах – опыт, новые знакомства, повышение по службе, солидная премия, да и просто интерес. В минусах – скончавшийся как раз отец и нежелание покинуть мать в такой трудный момент. Тимми только радовался тому, что не успел ещё рассказать ей о предложении. Она бы поняла, она бы сообразила, что он останется и всеми силами, в ущерб себе, отправила бы его в командировку.